– Я не могу сосредоточиться, когда ты рядом.
Морриган тихонько хмыкнула. Аситу перешел в настоящее наступление. Куда же подевалась его робость? Как водой смыло.
– Не хочу вам мешать… – насмешливо начала она.
– Во имя Дану, вмешайся! – взмолилась Саманья.
Аситу послал Морриган многозначительный взгляд, кивнув на разложенные на полу атрибуты для ритуала и недочерченный символ, называемый веве. Дескать, отвлекай сколько угодно, никуда она от меня не денется.
В этой ситуации Морриган была, скорей, на стороне Саманьи – одной из тех девушек, которым не повезло столкнуться с излишне настойчивым поклонником. Однако ей требовалась помощь Аситу, поэтому она понимающе улыбнулась.
– Мне нужны твои чудесные морфо. – Немного лести тоже не повредит.
Казалось, шире улыбка хунгана стать не может. Но вот она – сияет, словно пять искусственных солнц.
Морриган не мучила совесть из-за того, что она умолчала о намерении подслушать не просто разговоры в Тольдебраль, но разговоры покровителя Аситу и, с недавних пор, короля. Если ее подозрения окажутся правдивы… кто знает, какую беду удастся предотвратить.
Получив от Аситу необходимое, Морриган скрылась в спальне. Шепнув повеление бьющимся в прозрачном сосуде морфо, выпустила их на волю. Словно мерцающие бабочки, призрачные слухачи разлетелись в разные стороны.
Увы, вернувшись парой часов спустя, ничего дельного морфо не сообщили. А значит, настала пора прибегнуть к решительным мерам.
Хватит уже полумер.
Дождавшись полуночи, Морриган провела обряд слияния. Подаренным Файоннбаррой осколком гагата вывела серебристые знаки на плечах и груди. Прошептала воззвание к Госпоже Ночь и притянула к себе притаившиеся по углам тени, чтобы укрыться темнотой, словно глухим плащом.
Скользя из тени в тень и оставаясь незамеченной для стражи, Морриган прокралась к кабинету Доминика, где впервые и встретилась с Камарильей. Где он, по всей вероятности, Камарилью и принимал. И советовался с ней, не ставя в известность свою непосредственную советницу.
Словно мышка, сотканная из тьмы, Морриган прошмыгнула в щель под дверью. Скользнула к стене и слилась с тенью.
Доминик и впрямь был не один. Он сидел в глубоком кресле у окна, у которого замерла Бадб. Перед королем Пропасти, снявшим свою корону, стояла Джамесина Макленнан – глава клана бааван-ши. Эффектная женщина, что ни говори: доходящие до поясницы вишневые волосы, помада им в тон и облегающий наряд из черной кожи. А этот хищный взгляд… Дай ей палец – руку отгрызет.
Сидящая на подлокотнике соседнего кресла утонченная красавица ланнан-ши, наматывая на палец золотистый локон, строила глазки замершему у дверей вервольфу. Древняя, в которой Морриган еще в первую встречу распознала банши, с затаенной тревогой вглядывалась в окно через тонкую щель между занавешенными шторами. Вервольф подпирал спиной стену, еще одна бааван-ши неторопливо прохаживалась по кабинету. Все члены Камарильи, которых Морриган впервые застала у короля. Выходит, Джамесина – их глава?
Вряд ли нахождение в кабинете Доминика предводительницы бааван-ши вместе с особой королевской стражей – простое совпадение.
– И что нам теперь делать? – спросила Джамесина у Доминика.
«Действительно, что вы, ненасытные твари, собираетесь предпринять? Кого собираетесь убить следующим?»
– Мы не можем оставить все как есть.
– Разве? – хладнокровно спросил король. – Разве это нам не на руку?
Затаившаяся в тени Морриган чуть нахмурилась и превратилась в слух.
– Если мы так и будем…
– Тихо! – развернувшись, властно оборвала Бадб. – Мы не одни.
«Проклятье! Как?..»
Морриган тенью устремилась к двери, понимая, что бегство – лучший из вариантов. Она не может лишить себя шанса узнать, что скрывает Камарилья.
На тот случай, если особые таланты Доминика, о которых она ровным счетом ничего не знала, могли помочь ему разглядеть ее даже в тенях, Морриган добралась до спальни потайными ходами. К счастью, она успела неплохо их изучить.
Но, оказавшись в безопасности и удостоверившись, что никто посторонний за ней не последовал, Морриган едва сдерживала досаду.
«Первый ход, Доминик, за тобой. Но я еще отыграюсь».
Глава 25. Egun idile
День ото дня Клио преследовала мысль, что она делает слишком мало. Недостаточно просто избавить людей от смертельных кошмаров и затягивающих, словно болотная трясина, снов. За одни сутки вместе с Сиршей и Кьярой они могли спасти лишь одну душу, тогда как пять других погружались в противоестественный, высасывающий саму жизнь, сон. Пока они не обнаружат и не уничтожат источник этих странных чар, люди продолжат погибать… сколько бы времени Клио ни проводила в Юдоли Сновидений.