Древняя кровь поддерживает себе подобных, а потому им не приходится выторговывать право войти в Пропасть. Рискованный шаг, но вполне логичный и объяснимый.
У Морриган не было прочной связи с кланом – теневыми зеркалицами, как она и Бадб. Они обе… самодостаточны. Однако если бы связь существовала, и в незримые ворота Пропасти постучалась полуночная зеркалица, которую преследовал Трибунал, в помощи ей Морриган не отказала бы. Несмотря на последствия.
Ведь если люди перестанут помогать близким по крови или же по духовному родству, что тогда от этого мира вообще останется?
Морриган нахмурилась. Прежде она не замечала за собой подобной сентиментальности.
– Но недовольство Трибуналом растет не только среди существ древней крови. Шаманы возмущены тем, что им запрещают их невинные ритуалы – лишь потому, что они напрямую связаны с миром теней. Колдуны, которые на протяжении веков общались с духами и провожали павших в последний путь, вынуждены позабыть обычаи и древние традиции из-за Трибунала. А спиритуалисты? Думаешь, мало на свете людей, желающих хоть ненадолго увидеть умерших близких и родных или просто услышать их голос? Но и это запрещено. А то, что полуночным колдунам нельзя становиться солдатами? Они – вы – могли бы стать лучшими защитниками нашей страны. Быть героями вместо изгоев. Но страх Трибунала перед полуночной силой – любым, даже безобидным ее проявлением – слишком велик.
Морриган продолжала хранить молчание, мрачно глядя поверх плеча бааван-ши. Ей нечего было возразить.
– Да, мы, существа древней крови, задумали бунт против Трибунала, чтобы изменить сложившийся порядок вещей. В надежде, что и полуночные колдуны однажды станут нашими союзниками. Но мы не собирались развязывать войну в открытую. Как я и говорила, мы предпочитаем действовать иначе.
– Те самые тонкие методы.
– Именно. И то, что мы задумали, требует долгой и тщательной подготовки. Сейчас мы лишь наращиваем силы, привлекая новых союзников. Вот почему действия дикарей с поверхности выводят меня из себя. Трибунал до последнего не должен был догадаться о готовящемся бунте. Но в подробности, уж прости, посвящать тебя мы не станем. Чем меньше людей знает, тем безопаснее. Мы и без того были вынуждены дважды менять планы. Один раз – когда умер Колдуэлл, другой – когда объявилась Дикая Кровь.
Логичные доводы, но Морриган терпеть не могла оставаться в стороне от событий.
– Я могу помочь Камарилье.
– Это не твоя битва.
– Может, и не моя. Но вам выгодно иметь в союзниках меня – и рассветную, и полуночную ведьму.
Бадб что-то фыркнула, но Морриган и ухом не повела. Она в упор смотрела на Джамесину, та в ответ задумчиво поглядывала на нее.
– До меня дошли слухи о том, как сильно ты дорожишь сестрой. Как дорог тебе союз с королевским Домом и защита самого короля. Может, ты и впрямь будешь нам полезна.
Морриган указала подбородком на запястья и веско произнесла:
– Тогда развяжите мне руки. И расскажите все, что мне стоит знать.
Длинный ноготь бааван-ши, напоминающий коготок хищника, ловко перерезал путы.
– Для начала, кто входит в Камарилью?
– Проще сказать, кого там нет, – не скрывая торжества вперемешку с самодовольством, произнесла Бадб.
Морриган с трудом удержалась от того, чтобы не закатить глаза. Можно подумать, это Леди Ворон создала Камарилью и лично отобрала каждого кандидата. Такова уж ее мать. С Бадб станется присвоить все заслуги, оставив прекрасные белые руки не замаранными.
– С нами множество существ древней крови, – куда более сдержанно отозвалась Джамесина. – Из водных народцев к нам присоединились келпи и парочка отважных селки. Милашки мерроу, конечно, отказались – одна мысль о том, чтобы причинить людям зло, ввергает их в панику. Вервольфы совсем не так давно сменили гнев на милость и примкнули к нам вместе с вожаком. Ланнан-ши тоже до последнего держались в стороне. Бойцы из них, прямо скажем, никудышные, но они неплохо помогают в шпионаже. Отвлекают, охмуряют, одурманивают… Еще в Камарилью входят несколько глейстиг и мой клан – все находящиеся в Пропасти бааван-ши. А с нами, поверь мне, стоит считаться.
Морриган наморщила лоб, впитывая информацию.
– А что насчет Дикой Крови? Вам известно, кто входит туда?
– Очевидно, древние, которые, как и мы, точат зуб на Трибунал.
– Я знаю, что среди них тоже есть глейстиг, вервольфы и бааван-ши…
– Не из моего клана, – отрезала Джамесина. – Одичавшие, отбившиеся от рук изгои.
Морриган пропустила ее слова мимо ушей.
– Я говорила о другом. Кто из существ древней крови способен не только высосать из человека всю кровь, но и уничтожить его кости и внутренние органы, оставив лишь кожу?