Но действительно ли Гариен зашёл настолько далеко и убил свою сестру, чтобы самому сесть на далиенский трон?
- Возможно, Саро подчиняется вашим приказам, но я не буду. Итак, чего вы от меня хотите? – Конечно, Ашкин понимал, что находится на опасном пути, всё же он знал свою ценность для Сыски. Никто не был так хорош, как он. Даже Саро.
- Значит, это правда, что о тебе говорят, - сказал Гариен и почесал бороду, заплетённую на сыскийский манер. - Ты работаешь на того, кто больше всего тебе платит, не так ли?
- Это зависит от поручения. Я служил вашей матери и сестре из совершенно других побуждений.
- Ах да, служба родине и благополучию правительницы Осеннего царства. Как замечательно. Полководец, который полностью посвятил себя своему народу. Я слышал много хорошего о твоей семье. - С довольной улыбкой Гариен откинулся назад. Потом он обратился к людям в зале.
- Оставьте нас одних.
Сразу же зашуршала одежда, и мужчины поспешно удалились. Мгновение спустя Ашкин и Гариен остались одни. По крайней мере, Ашкин должен был думать, что они одни. Он не выпускал мужчину на троне из поля зрения. Гариен должно быть подготовил что-то большое, в противном случае он не подвергал бы себя такой опасности.
- Ты не чувствуешь себя теперь спокойнее? Может быть, хочешь сейчас спуститься?
Ашкин не ответил. Вместо этого он перескочил через балюстраду и приземлился на балконе под ним, потом спрыгнул ниже ещё на один этаж. С глухим звуком он приземлился на ноги и направился широким шагом к трону. Звук его тяжёлых сапог отдавался громким эхом от стен. Когда он подошёл ближе, то заметил ар’ленский герб - золотое дерево жизни, окружённое золотой лентой, посереди красно-коричневого фона - вышитый в дорогой, светло-коричневой мантии Гариена. Ашкину он показался насмешливой, зловещей меткой.
Он остановился прямо перед Гариеном Ар’Лен и разглядывал его, нахмурившись.
- В последний раз Гариен, чего вы от меня хотите?
- Я хочу, чтобы ты работал на меня.
- Люди в городе суеверны, - сказал Ашкин. - Они не потерпят мужчину на далиенском троне. Вам ведь должно быть это ясно.
- Моя семья правит Сыски уже триста лет.
- Женщины Вашей семьи правят Сыски уже триста лет. Так, как того требует закон в честь богини. Но Вы? Вы что, собираетесь отрастить грудь?
Улыбка на лице Гариена померкла.
- Не советую тебе дальше дразнить меня, А´Шель. До сих пор я был довольно благосклонным. Ты даже не представляешь, на что я способен. Особенно, когда твой брат находится так далеко.
Ашкин глубоко вдохнул, пытаясь скрыть гнев. «Не показывай ему, как важен тебе Саро. Тебе нельзя открывать перед ним твое единственное слабое место».
- Простите меня, Ваше Высочество,- сказал он. - Вы наверняка все хорошенько обдумали.
- Это так. Но в моих планах ты играешь существенную роль. Я хочу, чтобы ты работал на меня. Моим телохранителем, моим стратегом. Выбирай, что тебе нравится. Я буду хорошо платить.
- Я не нуждаюсь в Ваших деньгах.
Он и правда, был богаче многих князей царства, но никому не рассказывал об этом.
- Я не имею в виду деньги. Как я уже упомянул, было бы не плохо, если не сказать умно, действовать от лица твоего брата.
Удивленно подняв брови, Ашкин смотрел на довольное лицо сына Мерлы.
У него ничего нет от нее. Ни доброты, ни излучаемого ею спокойствия. Он выглядит нервным, ненадежным.
- Что тогда Вы имеете в виду, если не деньги?
- Ты веришь в легенду о Потерянном народе?
Ашкин напрягся, у него замерло сердце. Уже второй раз за вечер он услышал об этом. В своей жизни, особенно во время войны, он видел многое, что было трудно объяснить логически. Однако он никогда не обращался к богам и их историям, как делали это другие воины в минуты отчаяния. Но Ашкин знал, что хотел услышать Гариен. Поэтому для него было бы лучше изобразить из себя верующего человека.
- Да, я верю.
- Это хорошо,- сказал Гариен. - Я тоже. Ты веришь в магию богов, которую они передавали своим родным детям? И что во снах, которые посылает нам Ткачиха снов, содержится немного этой энергии?
- Куда Вы клоните?
- Осколки снов.
- Осколки снов? - повторил Ашкин. - Я никогда не слышал об осколках снов.
- Потомки Потерянного Народа черпают свою энергию из снов, которые Удина ткет для людей. Если она проснется, ее магический сон распадется на тысячи частей, и каждый, у кого будет осколок сна, может без всяких ограничений пользоваться божественной магией.