Песня Небес была бледна и судорожно дышала, но в её взгляде лежала благодарность. Намёк на улыбку появился на губах, которая тут же исчезла, когда она в очередной раз погрузилась в воду. Не раздумывая, он обхватил верхнюю часть её тела руками, держа её голову над водой, он на спине начал плыть в сторону берега.
Он чувствовал дрожь Песни Небес, слышал её затруднительное дыхание. Берег был ещё так далеко, что лишь при мысли о том, что ему нужно доставить их обоих туда, у него начинала кружиться голова. Но если бы это было необходимо, то он сделал бы всё от него зависящее, только чтобы спасти Песню Небес, и эта мысль пугала его. Она становилась в его руках всё тяжелее.
Его лёгкие начали болеть, но он стиснул зубы. Снова и снова он глотал воду, но знал, что доберётся до берега только в том случае, если продержится. Его пульс между тем бился уже в три раза быстрее, и хотя он пыталась дышать равномерно, каждый вдох колол в боку словно нож. Благодаря технике исцеления Геро рана, которую нанесли ему Гехеллани, зажила настолько, что об этом деле напоминал ещё только тонкий шрам.
Чем ближе они подплывали к берегу, тем беспокойнее становилось море. Канаель чувствовал, как он медленно теряет контроль. Бороться с возвышающимися волнами, и в то же время держать Песню Небес над поверхностью воды больше было невозможно. Он прислушался к себе, и его молчаливый поиск закончился.
С тех пор, как они отправились в путь, у него больше не было шанса поглотить сон, и пустота внутри была бездонной. Возможно, им не удастся добраться до берега. Его правое бедро внезапно пронзила боль, и он подавил крик. Судорога, как раз именно сейчас! От муки он скривился и подавил импульс просто взять и сдаться. Нет! Не сейчас! Не тогда, когда от него зависит жизнь Песни Небес.
Когда он оглянулся через плечо, то смог увидеть силуэт светло-зелёного, скалистого берега Кевейта. Если ветер и вода не снесут их влево, то они попадут прямо в небольшую песчаную бухту. Всё остальное пока что не важно. Канаель сжал губы, игнорируя колющую боль в ноге. На севере уже стало темно, темнота распространялась по небу и прогоняла последние остатки дневного света.
Ещё совсем немного ...
Только когда волны стали подниматься всё выше, он понял, что они находятся прямо рядом с берегом. Они почти доплыли! Канаель перевернул Песню Небес, которая смотрела на него, широко распахнув глаза. Её густые ресницы слиплись от воды, волосы ещё более тёмными прядями свисали на лицо. Его грудь неистово поднималась и опускалась. В бедре он чувствовал эхо судороги. Каждая мышца в его теле болела, как будто его избивали несколько дней подряд.
- Двигай ногами верх вниз! - дал он ей указание и увидел краем глаза, как широкая волна с белым гребнем приближалась всё ближе. - На счёт три ты глубоко вдохнёшь и закроешь глаза!
Когда мы поднимемся снова на поверхность, я хочу, чтобы ты двигала ногами, так сильно, как можешь ... Я не отпущу тебя! Я рядом, что бы ни случилось! Три!
Песня Небес закрыла глаза и сделала глубокий вдох, от её вида у Канаеля появился ком в горле. Потом мокрые, холодные объятья воды обхватили их, и он тоже ещё вовремя успел глубоко вдохнуть, продолжая крепко держать Песню Небес. Он потащил её через воду, чтобы потом снова всплыть с другой стороны волны. Песня Небес кашляя, начала хватать ртом воздух, но выполнила его указания. Таким образом, они передвигались вместе через воду, навстречу спасительному песчаному пляжу.
Ветер обдувал их; он чувствовал жар их тел, несмотря на ледяную температуру. Оглянувшись назад через плечо, он проверил, когда нужно будет повторить всю эту процедуру. До следующей большой волны было не так много времени.
- Я снова посчитаю до трёх, и тогда повторим всё ещё раз! - Его голос пытался перекричать ветер, но Песня Небес кивнула.
- Три!
Снова волна накрыла их, они вынырнули и поплыли дальше, как будто за ними гналась смерть. В конце концов, Канаель из последних сил вытащил себя и Песню Небес на берег. Он выплёвывал воду, а глаза всё ещё горели от соли. Также его ноги дрожали от напряжения и, в конце концов, подкосились, так что он упал на песок и тяжело дыша, перекатился на спину. Глядя в небо, которое было покрыто розовой пеленой, он раскинул руки в стороны.
Песня Небес упала рядом с ним на колени. Опираясь на руки, она кашляла и выплёвывала солёную воду. С её волос капала вода, светлое платье прилипло к телу, и Канаель мог ясно различить его контуры и очертания груди. Он отвернулся, когда Песня Небес повернула голову и посмотрела на него покрасневшими глазами. Он дрожал, его зубы стучали, ему было так холодно, что он больше не чувствовал своих пальцев ног.