Из ее тела ушло все тепло, руки были ледяными, а лицо ненатурально бледным. И вот он заметил, что и пульса у Песни Небес уже тоже нет. Канаель издал хриплый звук, не веря своим глазам, а затем подставил ухо, чтобы послушать дыхание.
Ничего. Тишина.
- Нет,- простонал он. - Нет, это не может быть правдой.
Внутри него взорвался штурм, железной хваткой охватил его сердце, несмотря на его сопротивление. Кровь шумела в ушах, дрожащими руками он обхватил лицо Песни Небес, наклонился к ней и слегка поцеловал ее в губы.
Завывание ветра усилилось, рёв приближающейся непогоды заглушал любой звук.
Безымянная темнота охватила его душу и столкнула в пропасть. Сердце Канаеля обливалось кровью, парализующее осознание того, что Песня Небес мертва, распространилось по всему телу.
Туман все быстрее окутывал все ее тело, кроме лица. Густые клубы тумана застыли на месте, и Канаель понял, что они дали ему возможность проститься с ней.
- Почему вы это сделали? Она представительница Потерянного народа! Одна из вас!
Его горе переросло в ярость, в груз ответственности за смерть Песни Небес, который так давил на него и не давал дышать. Это его вина. Это он уговорил ее войти в Лабиринт душ. Заверил, что с ней ничего не случится.
Каждую клетку его тела снова пронзил невыносимый холод, и он почувствовал, что голоса вновь вернулись,
Ты должен уйти.
Они идут.
Идут и хотят забрать ее.
Ты должен поторопиться.
Канаель Де`Ар.
Прости нас.
Прости нас, Канаель.
Песня Небес сопроводит тебя.
Она здесь.
Она у нас.
Дань.
Ты должен идти.
Когда они ушли, покинули его голову и тело, осталась лишь тошнота, после чего Канаеля вырвало в траву.
- Кто идет? - крикнул он. - Зачем вам дань? Ради богов, о чем вы говорите?
Его слова поглотила разразившаяся над ним гроза. Крупные капли падали вниз, и он склонился над Песней Небес, чтобы защитить ее от дождя, хоть это и было бесполезно. Его лицо горело, от стыда, злости и печали.
Капля упала на нос Песни Небес, Канаель не знал, был ли это дождь или его слезы. В тоже мгновение вес ее тела уменьшился, потому что она была полностью покрыта туманом и растворилась в его руках. Моргая сквозь пелену слез, Канаель увидел, как клубы тумана постепенно рассеялись.
Песня Небес исчезла. Она умерла, и это он убил ее. Осознание настигло его полной силой, не давая дышать. Он был ответственен за ее смерть, этого он себе никогда не простит. Никогда.
Она ушла.
Канаель не знал, как долго он сидел там, поддавшись своему горю, когда голоса снова вернулись. В этот раз они проникли в него еще быстрее, их присутствие было более явным. Он чувствовал себя слишком маленьким, они ворвались в его голову и наперебой кричали там. У него закружилась голова.
Они скоро будут здесь!
Беги!
Беги, Канаель!
Мы укажем тебе путь.
Только тебе.
Поторопись!
Они идут!
И с ними несчастье.
Поторопись!
Поторопись!
Когда они вновь исчезли, то оставили дыру в его сердце, и всё же ему каким-то образом удалось встать и оглянуться. Если он сейчас сдастся, то смерть Песни Небес будет напрасной. На земле перед ним образовалась призрачная завеса из тумана, тонкая нить, указывающая ему дорогу. Слепой от горя, Канаель, шатаясь, пошёл за ней. Его шаги становились всё более решительными, чем дальше он отдалялся, но он знал, как бы быстро он не шёл, он никогда не уйдёт настолько далеко, чтобы забыть смерть Песни Небес.
Между тем дождь шёл как из ведра, и Канаелю приходилось постоянно моргать, чтобы и дальше видеть туманную нить. Дрожа, он шёл дальше, завернул за угол, один раз налево, два раза направо, а потом оказался перед входом, похожим на ворота, через которые зашёл. Вместе с Песней Небес. Туман кончался там, возле выхода, как невидимая граница, которую он не мог пересечь. Канаель цинично рассмеялся, мрачно уставившись на здание, которое в учебниках истории называли мифом.
Перед ним в небо возвышалось каменное строение, выстроенное из чёрного камня и такое же внушительное, как Лабиринт душ. Замок Ткачихи снов. Тёмная башня подымалась в затянутое тучами небо. От лабиринта вела узкая тропа к открытым железным воротам, за которыми лежал небольшой сад. Канаель пересёк передний двор, за которым уже долгое время никто не ухаживал, потому что красиво расположенные грядки заросли, кусты и цветы перемешались друг с другом. Всё выглядело мрачно и обветшало.