Теперь она поняла, почему Канаель так странно отреагировал на её пение. Она вспомнила сконфуженное выражение его лица. Так, как будто он что-то понял. На одно мгновение мысли Песни Небес переключились на Солнечный Смех. Может, она виновата и в смерти своей подруги? Та умерла во сне, возможно ...
Потом она заставила себя направить всё своё внимание на мужчину, чьё имя всё ещё было ей не известно. Его голубые, словно лёд глаза улавливали каждое движение её лица, и он небрежно кивнул, кода заметил, что она сложила все части вместе.
Дрожа, Песня Небес провела по плечам.
- Вы знали моих родителей, не так ли? Вы тоже Заклинатель душ?
- Нет, я хуже, чем парочка полубогов ... И да, я знал твоих родителей. Я также знаю твою судьбу ... и судьбу тех людей, которые заплатили жизнью, потому что пересекли мой путь. Много лет назад я был во дворце Ацтеа, и утащил оттуда небольшое сокровище. И всё-таки другой человек заплатил за кражу жизнью ... – Казалось, он предаётся воспоминаниям, его чувственный рот скривился в насмешке.
- Тогда, по крайней мере, скажите мне своё имя, чтобы я знала, от чьей руки умру. Чтобы могла проклясть вас в потустороннем мире.
Он рассмеялся.
- В потустороннем мире моё имя уже знакомо, маленькая Заклинательница душ. Значит, туда тебе не нужно брать его с собой.
Песня Небес вздёрнула подбородок, её сердце бешено стучало.
- Хочу знать, от чьей руки я умру.
Одобрительный взгляд промелькнул на его лице, и он понизил голос:
- Хорошо, маленькая Заклинательница душ. Меня зовут Саро А’Шель из семьи штурмового Ветра.
Её взгляд скользнул к мечу на его бедре, украшенному резьбой, он свисал с кожаного пояса. И в тот же момент Песня Небес поняла, что пришёл её конец.
12.
Незнакомец
Вена, Зимнее царство
Они добрались до Вены на следующий день, в обед. Через плотный, серый облачный покров проникал рассеянный свет, и беззвучные снежинки сопровождали их с самого отъезда из Марона. Город лежал на возвышенности, четыре башни стены торчали в небо, как шипы, и были настолько высокими, каких Навия ещё никогда раньше не видела. Даже когда она запрокидывала голову, не могла разглядеть вершину. Сверху точно можно было смотреть очень далеко на восточное море.
Шумя, волны разбивались о скалы, свежий ветер принёс запах соли. Навия видела только всего один раз море и закат солнца, превративший небо в горящую игру красок из медного и огненного.
Её взгляд перешёл к каменным башням, которые выглядели так, будто им не причинит вреда никакая сердитая метель от дыхания Таля. На каждой из них был прикреплён флаг, который, казалось, танцует под воображаемую музыку ветра. У Вены, одного из крупнейших городов на юге, есть свой собственный герб, вделанный в знак Зимнего царства: голова йорака на белом фоне. Могучие рога обрамляют золотой город, четыре башни-шипа, в качестве явного символа Вены. Огромные ворота, обитые тяжёлым железом, перекрывали вход в город. Они были закрыты, и только маленькая дверь, как раз такой величины, чтобы могла проехать повозка, была встроена в каменную стену. Уже в поселениях перед городом было шумно, зверски воняло отходами и разлагающимися останками животных, а люди занимались своими делами, не обращая внимания на двух мёрзнущих девушек возле ворот.
Задрожав, Навия сильнее закуталась в одеяло. Она радовалась, что у неё были тёплое пальто, перчатки с подкладкой и уютный капюшон. Мгновение спустя она замедлила скорость Нолы, так что дальше они продвигались только шагом, потому что на оживлённых улицах толпилось слишком много людей.
Перед крошечным входом в город образовалась очередь, а мужчины городской охраны были заняты тем, что проверяли новоприбывших, особенно тех, кто приехал на телегах. В противоположность к свободным кланам, города требовали пошлину, но за это давали защиту от воров и другого сброда.
Навии не понравились одетые в золотой и красный цвета мужчины городской охраны. Они жадные, неотёсанные, а иногда даже жестокие. Когда она была ещё ребёнком и сопровождала отца в Гальмен, она путешествовала под защитой мужчины. Теперь же на санях позади лежала и спала только Исаака. Две девушки со скудным товаром, да ещё перед самыми тёмными днями.
Взгляд Навии перекочевал вверх по стене, туда, где грифоны охраны взирали вниз с высоты. Их острые когти выступали над краем каменной платформы, а если они расправят величественные, золотисто-коричневые крылья, то их размер будет в несколько ярдов. Они потомки вымерших Божественных птиц, хотя и поменьше, но не менее впечатляющие. Однажды она была свидетелем того, как эти величественные существа охотятся, и ей не хотелось повторять этот жестокий опыт в ближайшее время.