Он задумчиво смотрел на ее пальцы, после чего взглянул ей в глаза. Казалось, она видит его насквозь, ощупывает взглядом каждый уголок его души. В какой-то момент у него перехватило дыхание. Канаель не слышал даже криков портовых работников, он смотрел на ее лицо, как будто видел его впервые. Высокие скулы, миндалевидные глаза, узкий нос и полные губы, кажущиеся еще больше из-за ее худобы. Он резко отпустил ее и провел рукой по своим волосам. Наверное, они выглядят так же, какие на ощупь.
Спутанные и грязные.
Он кашлянул.
- Нам нужно еще купить еды. Поездка продлится весь день, прибудем только поздно вечером.
Канаель энергично пошел вперед, не оглядываясь, пытаясь забыть Песню Небес. Забыть, как она стала ему близка, хотя он даже толком не знает ее. К тому же, она служанка в его дворце.
«Возьми себя в руки», подумал он и купил в палатке, где продавались разные сорта рыбы на шампуре, маринованные и сырые, два обжаренных на гриле моллюска и две порции жареного картофеля с лимонами. Во время еды, Канаель не сводил глаз с людей и окрестностей.
Он увидел много семей с маленькими детьми и пожилые пары. Часто попадались кевейтцы, на которых путешествие оставило свой отпечаток. Бросающихся в глаза, одетых во все черное мужчин или каких-то угрюмых личностей он не заметил. «Может Гехалла и правда не знают, что мы хотим исчезнуть из Муна», подумал Канаель. Без Геро он чувствовал себя не так уверенно, но с другой стороны без такого огромного парня они меньше привлекали внимание к себе.
Немного погодя пробили колокола местного храма, призывая людей к обеденной молитве. Канаель и Песня Небес пошли к причальному мостику «Смеющейся», где уже образовалась длинная очередь.
По узкому деревянному мостику они зашли на палубу. В глубине судна сидели гребцы, которые издавна зарабатывали деньги, выполняя тяжелую, физическую работу. Канаель слышал, что три раза в неделю они перевозят людей из Кевейта в Сувий и обратно, получая за это нищенскую зарплату. Когда он будет сидеть на троне Летнего царства, то займется этим делом. Если, конечно, когда-нибудь взойдет на трон Летнего царства...
Песня Небес и Канаель нашли себе защищенное местечко под мачтой. Чтобы не бросаться в глаза, Песня Небес разорвала свой светло-серый шарф посередине и отдала другую половину Канаелю, чтобы он тоже мог накинуть его на голову. В Кевейте серый шарф был знаком скорби, так что люди будут думать, что они направляются на похороны.
Вскоре их окутали свежий, соленый встречный ветер и приятное полуденное тепло. По телу распространилась усталость, мягкое покачивание и тихие разговоры вокруг также сделали свое дело. Немного погодя Песня небес заснула от изнеможения, ведь они не спали всю ночь, разговаривая с Геро о том, что случилось.
Странники, убивающие других представителей Потерянного народа. Канаель не знал, что и думать об этом. Некоторое время он наблюдал за Песней Небес, пытаясь бороться с собственной усталостью, но безуспешно.
Его разбудил смех ребенка. Он потянулся и огляделся вокруг. Солнце только что зашло за горизонт, оставив на небе лишь тонкую полоску розового света, которая превратила немногочисленные облака в цветные фигуры.
Ветер дул теперь сильнее с востока. Позади них становилось уже темно, а на другой стороне неба большая и круглая луна отправилась в своё ночное странствие. Перед ними протянулось скалистое морское побережье Кевейта. Как зелёные шипы горы внутри страны взмывали в небо, а вокруг крутых, острых скал кружили водоплавающие в поисках добычи.
Несколько тёмных горных пород проходили вдоль побережья, как будто погода и время погрузила часть суши в море. Везде, между частично возвышающимися в несколько метров каменных колонн здесь, на юго-востоке Весеннего царства, казалось, чувствуется стихия земли.
- Ещё чего-нибудь сладкого, прежде чем причалим к берегу?
Торговец в тёмно-зелёных, льняных одеждах стоял перед Канаелем, к плечам привязана лавка, и совал ему под нос маленькую коробочку с законсервированными в мёде финиками и бананами. Он унюхал заманчивый запах масла и мёда, но всё же он с благодарностью отказался.
- Куда путь держите? - спросил мужчина. У него было загорелое лицо, легкое покраснение вокруг носа и выгоревшие на солнце волнистые волосы. Он напомнил Канаелю Дава.
- В Кевейт.
Другой подмигнул Канаелю.
- Я так и думал. - Его взгляд упал на Песню Небес, которая прижалась к боку Канаеля и всё ещё спала. - Сбежали?