- Идем, - шепнула она и боднула Рубашечника лбом между лопаток.
Он улыбнулся - она не могла этого видеть, но определенно почувствовала, - и бодро пошел вперед.
- За мной! - крикнул он, махнув изуродованной рукой, и поспешил в сторону островка, манившего их с середины озера. Бетти, Мэри и Энн двинулись за ним, впопыхах забыв наступать точно след в след, и за их спинами злобно выругался Охотник.
- Привлекаете внимание! - рыкнул он.
- Охотник, миленький, нам надо торопиться, - прокричала Энн и схватила его за руку. Мэри взялась за вторую,и они почти побежали вперед.
И оказались правы: воспоминания, отданного Рубашечником, хватило ровно на путь до островка. Рубашечник и Бетти выбрались на черный клочок твердой земли первыми и помогли близняшкам, чьи туфельки снова начинали вязнуть в трясине.
Охотник одним прыжком взлетел на берег рядом с ними и одним движением сгреб Рубашечника за воротник:
- Ты!..
Рубашечник безвольно повис в его хватке, опустив голову. Седые, давно не чесанные волосы закрыли лицо, мешая его разглядеть. Охотник резко встряхнул его, заставляя поднять голову, и проорал:
- Какого дьявола?!
- Видел какой-то другой выход? - усмехнулся Рубашечник, упрямо глядя в землю.
- Без разницы. Ты должен вывести нас отсюда! Ты не имеешь права рисковать своей памятью, если только тебе известен путь!
- Ну брось, не так уж я и рисковал... -- Рубашечник поднял, наконец, глаза, и продолжил, изучая лицо Охотника. - А если мы заблудимся, а я забуду что-то важное... Ты нас поведешь У тебя же есть столько моих воспоминаний....
Охотник зарычал и сильнее стиснул пальцы на клетчатом воротнике.
- Я знаю, что ты меня обкрадывал, - продолжил Рубашечник, как будто не чувствуя неудобства. - И знаю, что воспоминания, которые ты носишь при себе, принадлежат мне. Эти нити я долго выслеживал, и куда они пропали, я тоже видел. Удивляюсь только, почему ты не присвоил их себе до сих пор.
- Не твое дело, - рявкнул Охотник. - Ты должен отвести нас к Старой Церкви. Тогда я тебе их отдам. Не раньше.
- Как благородно! - расхохотался Рубашечник, запрокидывая голову. - Неужели ты собирал их специально для меня, в качестве подарка на Рождество? Впрочем, в этом мире же нет Рождества, какая жалость, даже повода не найдется!
- Это правда! - Охотник оттолкнул его от себя так, что Рубашечник едва не рухнул в болото, но сумел сохранить равновесие. При этом он продолжал неотрывно смотреть в лицо Охотнику и криво улыбаться. - Это... не всегда было так. Но теперь я так решил. Ты получишь свои воспоминания, если мы все спасемся. Этого достаточно?
- Достаточно для чего?
- Чтобы лишний раз не рисковать!
Рубашечник не ответил, только хмыкнул недовольно.
- Прекратите! - закричала вдруг Энн, с силой топнув ногой по твердой растрескавшейся земле. - Прекратите немедленно! Что вы за свару тут устроили? Мы посреди болота на какой-то кочке, самое время выяснять отношения! Взрослые люди!
- Да он угробит нас! - заорал Охотник, - Он нас всех тут и притопит, далеко ходить не надо.
- Говори за себя! - не остался в долгу Рубашечник и невольно принялся засучивать рукава клетчатой рубашки, словно готовясь броситься в драку. - Если кто-то среди нас и представляет реальную опасность, это ты!
- Да о чем вы? - вмешалась Мэри. - Какая-такая 'реальная' опасность? Это мир Ткачихи, здесь нет ничего реального. Мы Сплетенные. Что нам терять-то? Нам надо Бетти вытащить!
- А я не хочу быть Сплетенным! - взревел Рубашечник. - Я только и делаю, что ищу для себя возможность выбраться отсюда!
- Для себя?! - не выдержала Бетти, которой порядком надоела эта ссора.
Она встала перед Рубашечником и прокричала ему в лицо:
- Для себя?! Ты обещал помочь мне! Вывести м е н я! Потому что я тут одна ж и в а я! И если я тут умру - от меня даже ниточки не останется!
- Бетти, и ты туда же! - схватилась за голову Мэри. - Это все Болота, Болота. Они дурят нас, запахи и печальные виды отравляют наше сознание, поэтому мы так себя ведем!
- Надо выдохнуть, - тихо сказал Охотник. - Мэри-Энн права: не время и не место ссориться.
- Ну наконец-то здравая мысль, - съязвила Энн, бросив быстрый взгляд через плечо. Она сидела на берегу, почти у самой трясины, и медленно скармливала болотам еще одну нить.
- Что ты делаешь? - закричала Бетти.
- Спасаю нас всех, - пожала плечами Энн и попробовала ногой получившуюся дорожку. - А теперь за мной, пожалуйста, не отставайте и наступайте след в след. И... Прошу вас, перестаньте кричать. Это действует мне на нервы, не говоря уже о том, что Ткачиха наверняка услышала вас.
Бетти смутилась и покачала головой.
- Прости, Энн, - тихо сказала она. - Мне просто страшно. За себя, за тебя, за всех нас.
- Чем быстрее мы дойдем до другого конца болот, тем больше наш шанс уцелеть, - резко ответила Энн и зашагала вперед.
Бетти поспешила за ней, понимая: воспоминаний Энн могло хватить ненадолго.
Они выбрались на берег следующего островка и огляделись. Этот был пошире и казался более надежным. Чтобы пересечь его, потребовалось больше десяти шагов поперек и почти двадцать вдоль - а шаги у ушедшего на разведку Рубашечника были широкими.
- Мы можем задержаться здесь... ненадолго, - с сомнением проговорил он, потирая лоб. - Хотя я не хотел бы долго оставаться на болотах.
Энн снова села на землю.
- Мне надо отдохнуть, - попросила она. - Нужен отдых. Голова кружится, и тошнит. Отдавать воспоминания не так уж и легко.
Мэри села рядом с ней и крепко обняла, погладив по волосам.
- Тссс... - шепнула она. - Отдыхай.
Глядя на них, Бетти вдруг поняла, что устала.
Очень сильно устала.
- Надо, - решительно сказала она и села на холодную землю. - Очень надо отдохнуть. Присмотри за нами, Охотник...
Что ответил Охотник и ответил ли, девочка не услышала. Она уснула.
Глава 19.
Когда Бетти проснулась, сумерки вокруг словно бы сгустились. Может быть, это произошло оттого, что она надолго закрыла глаза. Или же... О более неприятных вещах она предпочитала не думать.
Девочка села на земле и потянулась, разминая усталые мышцы. На холодной земле она порядочно замерзла, ведь в этот раз не было мягкой лесной хвои - постелить под спину. Она помотала головой, прогоняя воспоминания о светлом и кажущемся таким безопасным Лесе, и оглянулась. Неподалеку от нее, крепко обнимая друг друга, спали близняшки. Охотник сидел спиной к ним, глядя на воду, и одна рука его лежала на колчане со стрелами - он был наготове. Другой же - Бетти не сразу заметила - рассеянно гладил по волосам спящего на его коленях Рубашечника.
Бетти в очередной раз поразилась их странным отношениям. Еще несколько часов назад они готовы были поубивать друг друга, а сейчас мирно пригрелись бок о бок. И Рубашечник, кажется, все-таки доверяет именно этому Охотнику, да и он оказался надежным спутником.
Бетти решила, что надо придумать ему имя. Настоящее имя, а то что они называют его тем же словом, что и остальных, которые бродят неподалеку, намереваясь расплести их всех на серебряные нити воспоминаний и бросить под ноги Ткачихе, жаждущей не упустить ни крошки из своей добычи, какой бы она не была. Девочка осторожно поднялась на ноги и, тихо ступая кроссовками по мягкой земле, подошла к Охотнику и села рядом с ним, вытянув ноги в сторону зеленой трясины.
- Проснулась? - негромко спросил Охотник и взглядом показал на спящего Рубашечника: мол, тише, не разбуди.
- Проснулась, - шепотом ответила Бетти. - Все тихо?
- Да. И мне это не нравится, - с сомнением отозвался Охотник, поглядев по сторонам. - Как будто они наблюдают за нами. Смотрят, на что мы способны. А когда мы потеряем бдительность - тогда они нападут...