Она открыла коробку и ахнула от восторга.
— Расхититель женских сердец уже здесь! — раздался знакомый голос, и настроение мгновенно испарилось. Отец.
Мы обменялись холодным рукопожатием, а с мамой обнялись тепло.
— Где же твоя спутница? Ты же говорил, приведёшь её, — напомнила мама.
— Да-да, Рейник, — подхватила бабуля. — Когда бабушка наконец увидит твою невесту? Грейси нужна сестрёнка! Или братик.
Если бы они знали, как всё сложно… Но нам и так будет хорошо.
— Пойдёмте к столу, — предложил отец.
— Нет! — возразила бабуля. — Подождите, Мэделин ещё нет!
Меня будто током ударило. Я даже не знал имени своей тётки, но… неужели?
— Она, как всегда, опаздывает, — проворчала мама.
— Вероника, — строго сказала бабуля, — хотя бы в мой день рождения не порти вечер.
Мама ушла за отцом, и в этот момент дверь распахнулась.
Вошедшая женщина заставила мой разум отказать.
Мэделин.
Не замечая меня, она подошла к бабуле, обняла её и вручила букет и подарок.
Пазл сложился.
Нет. Нет, этого не может быть.
Мэделин… моя тётя?
Я стоял, не в силах пошевелиться, пока бабуля не обратила её внимание на меня.
— Детка, познакомься с племянником. Посмотри, какой он уже большой. Ре…
— Рейнольд? — её голос дрогнул, а бездонные глаза тут же налились слезами.
Вернулись родители. Как и ожидалось, сёстры встретились без радости. Мама смотрела на Мэди с презрением, а та…
Она чувствовала то же, что и я.
Никто из нас не хотел верить в эту кошмарную правду.
— Вы знакомы? — радостно спросила бабуля, не подозревая, насколько.
— Мы… работаем вместе. — Мэди резко отвернулась. — Извини, мам, мне нужно ехать.
Она выбежала, хлопнув дверью.
Я всё ещё не мог двинуться с места.
Почему? Почему именно сейчас, когда я был готов связать с ней жизнь, судьба наносит такой удар?
Мечты о большом доме, о том, как Мэди станет матерью Грейси… Всё рухнуло в одно мгновение.
— Это она? — отец вплотную подошёл ко мне, глядя в лицо.
— Я не буду ничего обсуждать с тобой.
— Значит, она. Ты что, совсем из ума выжил? Это твоя тётя!
— Заткнись! — я едва сдержался, чтобы не ударить его.
Он схватил ключи и вышел, хлопнув дверью.
Мама и бабуля были в шоке. Бабуля схватилась за сердце и опустилась в кресло.
— Ба! — я бросился к ней. — Воды! Кто-нибудь, принесите воды!
— Рейнольд… — её голос дрожал. — Отец прав?
Я опустил глаза.
— Ба… мы не знали. Мы оба не знали кем приходимся друг другу…
— Никем вы друг другу не приходитесь, сынок.
— Что?!
— Я давно хотела вам сказать… — она глубоко вздохнула. — Вероника, подойди.
Мама села рядом.
— Мы с дедом много лет не могли иметь детей, — начала бабуля, и её руки дрожали. — Тогда мы усыновили тебя, Вероника.
Мама не реагировала. Значит, знала?
— А через пять лет родилась Мэделин. Так бывает… — Бабуля устало улыбнулась. — Как будто Бог говорит «спасибо».
Я перестал что-либо понимать.
Это что, шутка?
Но мозг уже выхватывал главное: Мэделин и мама — не родные сёстры.
Значит, мы не родственники.
Мы — никто друг другу.
И в то же время — всё.
Тишина.
Трое.
Три пары глаз, полных непонимания, надежды, страха.
И ни слова.
Глава 26: Бегство к правде
— Вероника, доченька… — Бабуля еле сдерживала слёзы, и мне стало не по себе. Её дыхание сбивалось, пальцы судорожно сжимали подлокотник кресла. Ещё немного — и сердце не выдержит. Я должен был что-то сделать, но что?
И тут у мамы окончательно сорвало крышу.
— Она украла у меня жизнь! — её крик пробил тишину, как нож. — Думаешь, я не знала, что приёмная? Знала! И ненавидела её, тебя, отца! Вы всегда любили её больше!
Я никогда не видел маму такой. Её лицо искажала ярость, в глазах горела ненависть.
— Помнишь, мама, её падение с лестницы? Думаешь, случайность? Ха! — Она оскалилась. — Но эта стерва выжила. А теперь… теперь она трахается с моим сыном!
Меня будто ошпарили кипятком.
— Уверена, Рейнольд, она знала, кто ты! Знала твоего отца! А ты, идиот, повелся!
Хлопок двери оглушил меня.
Замечательный день рождения.
Я стоял, не в силах пошевелиться. Эта женщина — та самая мать, что была для меня воплощением доброты? Которая утешала в детстве, учила прощать?