Я рассмеялась.
— Кто из нас тут малыш? Сколько тебе вообще лет?
— Двадцать три, Мэделин. Уже дважды совершеннолетний.
Чёрт.
Я закрыла лицо руками.
— Я только что целовалась с парнем на 12 лет младше…
Он мягко опустил мои ладони, притянул к себе.
— Ты роскошна.
Его дыхание обожгло ухо.
Фортуна, ну за что?!
Я резко встала — и мир поплыл. Ноги подкосились, но он поймал меня, прижав к себе так крепко, что я почувствовала всё.
— Мэделин, куда ты в таком состоянии?
Я бы тебе показала «куда»…
Но нет. Он слишком молод. Слишком хорош. Для меня…
— Моя машина на парковке. Идём.
— Отвези меня домой…
Он лишь крепче обнял меня и повёл к выходу.
Ягуар.
Чёрный, блестящий, дорогой. Видимо, папины деньги.
Не твоё дело, Мэделин.
Он открыл дверь, усадил меня, сел за руль — но не завёл двигатель.
Тишина.
Только его запах — мускус, дорогой парфюм и что-то неуловимо мужское — ударил в голову.
А потом я почувствовала его взгляд.
Он раздевал меня.
Прямо здесь.
Прямо сейчас.
Глава 4: Игра с огнём
— Рейн, дружище! Ты вялый, как старый дедовский хрен! На, выпей, взбодрись!
Барни швырнул мне стакан виски, но даже его терпкий вкус не мог пробить мой мрачный настрой. Отец достал меня окончательно — эти бесконечные манипуляции, давление, его вечные «акции».
Всё. С завтрашнего дня — ни дня больше в его конторе.
— Барни, брат, этот напиток не взбодрит меня.
— Тогда, может, роковая красотка?
И в этот момент вошла она.
Будто луч света в этом тёмном баре. Узкое платье, обтягивающее каждую линию её тела, но без вульгарности. Пышная грудь, округлые бёдра, походка, от которой скулы сводило.
Чёрт. Она идеальна.
Не похожа на тех, кто обычно оказывался в моей постели. Она — неприступная. И явно пришла сюда не за случайным сексом.
Что делает такая богиня в этом аду?
Я отошёл в тень, наблюдая, как она обнимается с Барни. Знакомы? Надо будет расспросить.
Она заняла столик в углу, одинокая, с бокалом вина в руке.
Ждёт кого-то?
Но никто не подошёл. Она просто пила — бокал за бокалом.
Слишком уязвима.
В этом месте могли подсыпать что угодно. Я не мог оставить её без присмотра.
А потом она пошла на танцпол.
Её движения были гипнотическими. Платье сковывало, но даже это не мешало ей сводить с ума.
Малышка, я освобожу тебя от него…
И тут к ней подошёл он — мужчина лет пятидесяти, с жирными руками и наглым взглядом.
Нет.
Он схватил её за талию, прижал к себе. Она напряглась, но алкоголь, видимо, мешал ей сопротивляться.
Всё.
Я пробился сквозь толпу, схватил её за руку.
— Любимая.
Рывок — и она прижалась ко мне. Её тело было упругим, тёплым, идеально подходящим к моему.
Прости, малышка, если сделал больно.
Старик зарычал:
— Мэделин! Ты знаешь этого сосунка?!
Мэделин…
Имя запечаталось в моей голове.
Я не дал ей ответить. Вместо этого поцеловал.
Грубо. Голодно.
Её губы были сладкими, язык — умелым. Она ответила мне с той же страстью, стонала в мой рот, впивалась ногтями в плечи.
Боже, она… идеальна.
Я прижал её к себе так, чтобы она почувствовала мой стояк.
Да, детка, это всё из-за тебя.
Старик исчез.
У бара она наконец заговорила:
— Ты… мой спаситель.
— Рейнольд. Можно просто Рейн.
Я поцеловал её запястье — её кожа пахла дорогими духами и чем-то неуловимо женственным.
Хочу узнать этот запах на всём её теле.
— Ты слишком пьяна, — прошептал я. — Позволь отвезти тебя домой.
Она кивнула.
Ягуар.
Я усадил её, сел за руль, но не завёл двигатель.
Тишина.
Только её дыхание.
И вдруг:
— Рейн, здесь жарко…
Её голос дрожал.
Я наклонился, чтобы открыть окно, но… Не смог удержаться.
Губы Мэделин снова встретились с моими.
Чёрт.
Я потерял контроль. Мои пальцы скользнули под её платье, нашли кружевные трусики.
Мокрая.
Она хотела этого.
— Скажи, чего ты хочешь… — прошептал я, кусая её мочку уха.
В ответ — только стон и её бёдра, прижимающиеся к моей руке.
Я расстегнул ремень, освободил член, который уже болел от желания.
— Приподнимись…
Она послушалась.