Теперь Сидиан жалел о зря потраченном вопросе. Оставалось всего два.
- Как ты создал демонов?
- При помощи магии постоянного созидания и человеческих душ.
- Поясни. Раньше ты отвечал развёрнуто.
Повелитель некоторое время помолчал, но потом всё же ответил.
- Я начал ловить души ещё до того, как решил уничтожить всё живое. Просто из любопытства. Для этого я создал специальный артефакт, захватывающий те души, что недостаточно легки и не могут воспарить. Когда же я занялся созданием армии, то обнаружил, что обычные големы работают только тогда, когда я нахожусь на определённом от них расстоянии. Тогда-то мне и пришла идея использовать души мёртвых людей, чтобы вдохнуть настоящую жизнь в свои марионетки. Правда, чтобы они действовали так, как мне надо было, пришлось сначала деформировать их, выжечь из душ всё человеческое, оставив только ненависть и боль. После нескольких десятков лет непрерывных пыток душу можно помещать в тело. Наиболее разумным демонам приходится оставлять небольшую часть индивидуальности, из-за чего у них проявляются определённые черты характера, а некоторые и вовсе сбоят, как случилось с известным тебе Зер-Гарраэшем. Он должен был видеть в смерти человечества смысл своего существования, оставаться покорным мне и обладать при этом выдающимся интеллектом. Оказалось, что первые два пункта не противоречат друг другу только в отсутствии третьего. Мой слуга быстро смекнул, что без моих ограничений, но с моими ресурсами он запросто уничтожит человечество. И желание убить всех людей превысило в нём стремление к покорности.
Повелитель вновь замолчал. Во время разговора он оставался совершенно неподвижным, а в его голосе нельзя было прочесть ни единой эмоции. Пока Сидиан размышлял над тем, как сформулировать последний вопрос, Повелитель внезапно сам заговорил несколько тише, чем обычно, будто обращаясь к самому себе. Впервые в его интонации появилось что-то вроде задумчивой злобы:
- И ладно, если б просто взбунтовался, так ещё и сломал моего лучшего полководца. Восемнадцать душ магов — не шутки. Почему он проиграл? Должно быть, дело в куске необработанной души из сердца того мага. Да-а, точно в нём. Глупо получилось.
- Какого мага? – Спросил Сидиан, надеясь, хоть немного продлить свой последний разговор, но Повелитель резко ответил:
- Это твой последний вопрос?
- Нет. Наверное, это не так важно. – На самом деле Сидиан хотел спросить то, что в той или иной степени волнует каждого человека перед смертью. – Ты упоминал божественную волю. Это же не простой оборот речи? Ты что-то знаешь про настоящего бога. Какая из конфессий ближе прочих к истине?
- Я не могу сказать наверняка, поскольку ни один из моих разведчиков так и не вернулся из места, где я ощущаю бога. Пожалуй, ближе всех драконопоклонники, живущие за Восточным и Тяжёлым морями. Бог в самом деле один, он создал всё живое и драконов раньше, чем людей. Так же он установил правила, по которым работает система вознесения душ, но куда попадают те, которые я не в силах поймать, мне неизвестно. Для чего всё это нужно богу и чем он руководствовался при создании системы, тоже не знаю. Знаю только, что он уже очень долго дремлет и не обращает внимания на собственные создания, поскольку его магические потоки более не так интенсивны, как на заре человечества. Полагаю, я ответил на твой последний вопрос.
В этот миг у Сидиана пронеслось множество мыслей по поводу того, не может ли он как-нибудь убедить Повелителя не убивать мага, но быстро пришёл к выводу, что ничего не получится. Жуткий правитель подземелий видел все его мысли как свои собственные. Печально было умирать, хоть Сидиан и знал, что отдаёт жизнь ради многих людей. Правда, Повелитель не обещал, что прекратит войну. Что, если он отдал знак уважения за крупное поражение, но при этом не отказался довести дело до конца? Уже нет смысла думать об этом. Сидиан, сам не зная, зачем, всё же принял боевую стойку. Шансов у него не было, но так уж его научили.
- Не беспокойся, Сидиан Безымянный. – Проговорил Повелитель. – Мне не выиграть с оставшимися силами. Я сохраню войска, чтобы не так долго ждать следующего нашествия.
С этими словами Повелитель обрушил на мага шквал разнообразных магических частиц. Сидиан вложил все свои силы в последнее защитное заклинание, после чего перестал существовать. По крайней мере, в привычном для человека понимании.