– Джек, я всего лишь хочу что бы в нашем рабочем коллективе была дисциплина и порядок. К сожалению, если ты еще раз опоздаешь я буду вынужден доложить об этом нашему начальству сверху и задать вопрос об рассмотрении целесообразности твоей деятельности в нашей компании.
Джек не смотрел в сторону лепечущего начальника, взгляд его был устремлен на мигающий экран.
1010010101001001011.
-Что теперь, Джек? – спросил карандаш.
На столе лежит карандаш.1010110010101001011.Карандаш в руке Джека.101010110011010. Карандаш торчит из шейного сплетения мистера Рейтсмана.10001010101. Брызги крови на белоснежной рубашке Джека.101010110100.Черт.10101010101.Карандаш уперся в мозжечек.1010101010.Женщины из соседнего отделения подняли крик.1010101010.Кровь сложно отстирывается, нужно срочно замочить.101010101010. Мистер Мудак купается в луже своей крови, извиваясь в судороге адской боли.1010101010101. Пяткой ноги, Джек, вгоняет карандаш в головной мозг.101010101010.
-Мистер Сапковски….Сапоквскиии….Джек! -Рейтсман уставился на него своей красной рожей. - Надеюсь вы меня поняли, Джек? Мне очень важно установить взаимопонимание между нами. Я надеюсь это больше не повториться. Так ведь, мистер Сапковски?
-Так, мистер Рейтсман.
-Кстати, Сапковски, уже слышали про ужасную бойню в центре города? Не важно, в любом случае, я убедительно вас прошу, даже считайте, что приказываю вам в ближайшем времени не находиться в близи места происшествия, дабы не вызывать лишних вопросов у органов надзораСраного города, к нашей великой компании. На этом все, Сапковски. Занимайтесь.
Джек взглядом проводил блестящий затылок, пока тот не скрылся за угол.
Глава 4
-Что теперь, Джек? – спросила официантка, по имени Мария.
Джек сидел в захудалом кафе, располагавшимсяпрямо на против здания конторы, где он работал. Он смотрел сквозь, покрытое каплями дождя стекло, наблюдая за мельтешившим людским сбродом, бежавшим в разные стороны, спасаясь от стремительных каплей дождя. Куда бегут все эти люди? Действительно ли они думают, что делают что-то важное в жизни? Каждый человек погружен в пелену своих значений, сквозь которую никто не видит истинную суть вещей, то что они представляют из себя на самом деле. Всю свою жизнь эти люди проживают в своеобразном забвении, в своем маленьком мирке, порой даже не задумываясь как устроен окружающий их мир. Лишь столкнувшись со смертью человек понимает, что является действительно важным в этом мире, после чего его постигает величайшее разочарование в своей жизни, потраченной на бессмысленные значения. И лишь немногие из людей, находясь в полном здравии обнаруживают бессмысленность их скоротечного бытия, начиная поиски великой истины человеческого мироздания. В конце своего пути, обнаруживая, что значения, наложенные человеком на окружающие его вещи, оказываются лишь в его голове и нигде более. Как же, блять, жаль.
-Джек? Ты будешь что-то заказывать, дорогой?– переспросила Мария.
Это была женщина средних лет, с потухшими глазами, выдававшими глубокое разочарование от окружающих людей и от жизни в целом. Хвостик, аккуратно свисающий из-за спины игриво подпрыгивал из стороны в сторону, придавая ей почти детские черты. Лицо выглядело привлекательным и живым, хоть его и покрывали редкие оспины, оставшиеся еще с подростковых лет.
-Виски. – помедлив, ответил, Джек.
-Милый, ты же знаешь, что мы не предоставляем алкоголь….
-Я пытался.
-Но я могу тебе предложить попробовать наши фирменные блинчики с шоколадной начинкой, почти за даром. – подмигнула Мария.
-Звучит прекрасно.
-Но взамен я бы хотела, что бы ты проводил меня сегодня до дома. На улицах последнее время становится опасно. Даже в центре города полно психопатов. – Мария поежилась от страха.
-Не думаю, что у меня получится это сделать, у меня планы на вечер.
-Очень жаль, дорогуша, тогда как-нибудь в другой раз. – по детски понурив глазки, ответила Мария и упорхнула за угол.
-И какие же у тебя, черт возьми, планы?Наглотаться таблеток и дальше разговаривать с предметами? - вмешалась в разговор, назойливая салфетница.
-Добро пожаловать в мою жизнь. – покосившись на нее, буркнул Джек.
-Ты жалок, Сапковски, займись уже своей жизнью.
-Иди к черту.
Джек уставился на мокрый асфальт, блестящий от стекающей в низ, дождевой воды. Фасады зданий, украшенные цветастыми вывесками, накренились от нескончаемого напора стихии, которая даже и не думала заканчиваться. Казалось напор природной силы готов смыть сраный город ко всем чертям. “Наверное это было бы к лучшему”– подумал Джек.