Он подходит сзади, садится на корточки и прижимает рот к моему уху.
— Некоторые люди считают, что Ангелы — это хранители умерших людей. Тем не менее, у большинства людей страх ко всему, что касается смерти. Давным-давно, люди использовали Ангелов Смерти в убийстве любого, кого подозревали.
— У них были черные перья в крыльях, — говорю я, наполовину шутя, но наполовину серьезно, думая обо всех перьях, с которыми я сталкивалась за всю свою жизнь.
— Ты говоришь о месте преступления Ладена? — серьезно спрашивает Ашер, когда я поворачиваю к нему лицо, опираясь на его грудь.
— Ты знаешь о перьях на мете преступления Ладена?
— Всем известно о месте преступления.
— Ты знаешь, что это было почти так же, как и на месте преступления моего отца?
Он кладет руку на мое бедро и слегка сжимает его.
— Да, я слышал об этом.
Тишина обволакивает нас, в то время, как мои воспоминания возвращаются к ночи исчезновения моего отца: паника заставила меня принять глупое решение сбежать.
— Ты знаешь, что некоторые люди считают, что ангелы существуют? — спрашивает он. — И что они ходят под масками, глядя на Мрачного Ангела, который спасет их?
— В это не слишком трудно поверить, я думаю. Я имею в виду, есть куча странных вещей в этом мире. — как я. — Но что за Гнев Смерти?
Его пальцы поднимаются к моему предплечью, раскаляя мою кожу, и внутри я дрожу от желания быть ближе к нему.
— Мрачный Жнец, — шепчет он, и я резко возвращаюсь в реальность.
Я отталкиваюсь, вскакиваю и случайно наступаю на крест. Я быстро беру его и втыкаю обратно во влажную землю.
— Что случилось? — спрашивает Ашер. — Я сказал что-то, что заставляет тебя нервничать? Потому что, если я это сделал, ты должна сказать мне.
Похоже, он знает. Задрав подбородок, я смотрю на статую, а потом на кресты в земле вокруг нее.
— Нет… просто уже поздно. Я лучше отправлюсь домой.
Он кивает, не подталкивая меня к откровениям.
— Да, мы можем вернуться.
Пока мы возвращаемся обратно через лес, я думаю о смерти. В своей голове я представила, как захожу домой, и он ждет меня на диване с чашкой чая, будто мы старые друзья. Но я слишком взрослая, чтобы видеть воображаемых людей и уж тем более пить с ними чай.
— Ты думаешь, что… я кажусь тебе немного сумасшедшей? — вдруг спрашиваю я, когда мы подходим к припаркованной машине.
Он останавливается, как вкопанный, скользит рукой мне за спину, притягивая меня ближе к себе так близко, что я вижу искренность в его взгляде.
— Я думаю, есть много людей, которые кажутся сумасшедшими, но просто они видели и пережили больше, чем среднестатистический человек может понять. — он целует меня в лоб, и я млею от тепла его губ и нежности поцелуя.
Я киваю, и мы расходимся, чтобы залезть в машину. Он запускает двигатель и кладет фонарик обратно в бардачок.
Я насторожено наблюдаю за ним, прежде чем решаюсь спросить:
— Ашер, зачем ты привез меня сюда?
Он кладет руку на мой подголовник.
— Потому что я хотел показать тебе, что людям свойственно боятся необычного, даже если это что-то хорошее.
— Как Ангелы?
— Да, как Ангелы и как люди, являющиеся необычными. — его пальцы ласково поглаживают мою шею.
— Но какое отношение это имеет к Гаррику и Анамотти? — спрашиваю я. — Или ты не можешь мне сказать?
— Ты хочешь, чтобы я рассказал тебе сейчас? — он терпеливо ждет моего ответа, рисуя пальцем круги на моем плече.
Я немного колеблюсь, нервничая, каким может быть ответ.
— Ммм… да?
— Слово «Анамотти» означает смерть. И они считают, что Ангелы существуют. — говорит он, контролируя интонацию. — И они хотят их уничтожить.
Ангелы?
— Ты являешься частью этой группы?
Он качает головой.
— Я — нет, но я знаю тех, кто является.
Я понимаю, как много поменялось в эту ночь.
— Какое отношение это имеет ко мне?
Подцепив пальцем мой подбородок, он приподнимает его и ловит мой взгляд, смотря прямо в душу.
— Я могу сказать тебе, но я хочу, чтобы ты убедилась, что сможешь принять такой ответ, потому что это… тебе может быть тяжело принять это, особенно, когда испытываешь столько стресса в жизни. Я хочу, чтобы ты определилась, веришь ты мне или нет, и что ты сможешь справиться со всем, что я тебе расскажу.
— Откуда ты знаешь по мой стресс? — спрашиваю я, неспособная отвести от него взгляд.
— Из-за печали, что ты всегда носишь. — он проводит пальцем вдоль уголка моего глаза. — Она здесь, все время. Поэтому, пожалуйста, если ты не готова, это может подождать.