Глава 23
Полковник МакГорринг прибыл в столицу Вильдесаро поздним вечером, но, поскольку местные жители ведут исключительно ночной образ жизни, можно сказать, что он прибыл утром. Пройдя таможенный контроль по поддельному паспорту, он прошёл на стоянку такси и выбрал самую дальнюю машину, за рулём которой спал мужчина с испаньолкой. Едва полковник постучал по стеклу, тот проснулся и открыл дверцу. - Ну что, готов посидеть при капитализме? - шутливо спросил МакГорринг. - А что, у вас уже запахло керосином? - удивился водитель. - Нет, Шрам, - возразил МакГорринг. - Это у тебя запахло керосином. Не забывай, что ты числишься директором фирмы, нас тут нет и никогда не было. - Зато у меня ваши деньги, - заметил Шрам. - Это деньги трудового народа Земли. Мы их должны будем вернуть. - Как внезапно ты вспомнил, кого обокрал, - усмехнулся Шрам, заводя мотор. - Какие у нас проблемы? - Проблемы у тебя, Шрам. - Хорошо, какие у меня проблемы? - Мог бы вежливее быть. Я тебе помогаю, приношу информацию о твоих же проблемах... - Если бы не кое-кто, у меня сейчас таких проблем не было бы вовсе. - Ага, и добыча была бы намного скромнее. - Это всё Рысь, она и её жажда власти. Власть она получила, теперь золотой трон захотела. - Тоталитарная система в отличие от авторитарной ни в каком золотом троне не нуждается. А золотой унитаз - слишком пошло. - Так что же случилось? Или мне из тебя слова клещами вытаскивать? В этот момент они подъехали к КПП, поэтому интересный разговор пришлось прервать. Шрам заметно нервничал, а старый Барсук буквально наслаждался той властью, что даёт обладание информацией. Отъехав от КПП, Шрам повторил: - Так что же произошло? - Твой племянник вышел на Чёрного Васту. - Моя школа! - с удовлетворением заметил Шрам. - Вообще-то моя, - улыбнулся МакГорринг. - Я его тренировал. - А я растил. Человек воспитывается до трёх лет. - А я-то думал, откуда у него такой хреновый характер... - Ладно, поймал на слове, молодец... Это всё? - Не всё. На него самого вышел Гном. - А вот с этого мог начать. Гном на Впосме? - Да, но у него маленький отряд, всего лишь четверо, причём один из них работает на Купца, а второй на меня. - Я буду готовить отход для Огненного Лиса. - Это при том, что его рожа висит во всех космопортах Впосмы? - Надо будет подождать когда там будут дежурить негуманоиды. - Логично. Только это происходит раз в сто лет. - Или по кашей просьбе. Наверняка вы можете расщедриться и выделить пару миллионов... - Из твоей доли, - быстро сказал старый Барсук. - Из моей, сами-то вы ни цента не отдадите старому другу... - Хватит с тебя того, что мы взяли тебя в дело. Продолжительное время они молча ехали по тёмному шоссе, иногда фары машины вырывали из мрака кусты по бокам дороги. Никаких ограждений, а уж тем более дорожных знаков не было и в помине. - Слушай, Барсук... - неуверенно начал Шрам. - Что? - сонно спросил МакГорринг, он задремал после длительного перелёта. - Я вот думаю... А чего мне не сиделось на Впосме? - А я почём знаю. Может, тебе захотелось иметь свой золотой унитаз? - В любом случае золотой унитаз не стоит таких нервов. - А что стоит? - Даже не знаю... - Счастье наверное... - Для счастья мне хватило бы тысяч десять... Или пятьдесят, и то будет много. В банк положил бы. Под проценты. Внукам бы хватило. - У тебя нет внуков, - напомнил МакГорринг. - Ну внучатым племянникам. Авось Огненный Лис сделает их... А миллион зачем? Солить что ли? - За миллион можно открыть свой бизнес. - Можно... А что потом? - Что значит потом? - Ну заработаешь ты десять, двадцать миллионов, а что потом? - Удовольствие получать. - А если я могу получать удовольствие и без двадцати миллионов? - Не понимаю я тебя. То ты грабишь, то вдруг корчишь из себя бессребренника. Ты уж определись. - Грабить можно по-разному. Я богатых грабил. - Ага, и раздавал бедным. Как Робин Гуд. - Не знаю, кто этот Робин Гуд, но я бедным не раздавал. Им сколько не давай, они всё равно останутся бедными. - Смотря сколько давать, - заметил МакГорринг. - А не скромновато ли ты тут живёшь? - спросил он, поскольку они уже свернули в город и начали петлять по его тёмным улицам. - А мне так нравится. Никто не завидует. На Вильдесаро строили полностью "слепые" дома, без единого окна. Это было продиктовано острой необходимостью и суровыми условиями жизни в результате космического катаклизма двухсотлетней давности. До этого Вильдесаро была похожа на Впосму или Землю, но однажды планета едва не столкнулась с крупным астероидом, который стал её спутником. Новый спутник породил приливную волну в планетарной коре и мантии Вильдесаро, которая, достигнув ядра, спровоцировала уменьшение скорости вращения планеты и ослабевание магнитного поля. К 2149 году сутки на Вильдесаро равнялись восьмидесяти трём часам, а магнитное поле на дневном полушарии под действием солнечного ветра почти вдавливалось в поверхность, раскалявшуюся до восьмидесяти градусов, что делало невозможным проживание в экваториальной области. Ночью же температура падала до минус десяти, к счастью, небыстро, поэтому растительный мир планеты сумел приспособиться к таким необычным условиям и сохранить жизнь на планете. В жилом комплексе было не так пустынно, на улицах попадались нередкие прохожие и редкие машины. Город только проснулся, его жители уже не спали, но ещё завтракали и готовились к предстоящей рабочей ночи. - Высади меня у метро, - после продолжительной тишины подал голос МакГорринг. - Ты ко мне не заскочишь? - удивился Шрам. - Нет, мне нужно в Лабораториум. - Опять медузианские приборы будешь ковырять? - Опять. Но мне это нравится, прикосновение к давно исчезнувшей цивилизации. - Ну-ну... Интересно, почему на Земле нет своего Лабораториума? - Почему нет, есть. Он у нас завётся Хелзерк, но они не сотрудничают с Инквизицией. - С сорок шестого? - С тридцать пятого. У них тогда директор сменился, а новый решил не иметь ничего общего с Инквизицией, своих порядков напридумывал... Тогда много хороших спецов ушло из Хелзерка в Инквизицию. В том числе и я. - Скромняга ты наш, - усмехнулся Шрам. - Вот и метро. Желаю успеха, надеюсь, вы свистните мне, если надо будет уносить ноги. - Постараемся, - уклончиво ответил Барсук, вылезая из машины Шрама.