– А что помешает тебе уехать ночью, когда Лунитары пустят корни там, где они стоят?
– Хе-хе-хе! Они выследят меня при свете дня! Они двигаются очень быстро, когда хотят, не волнуйтесь! И больше некуда идти. Муравьи захватили ваш корабль и не позволят вам его заполучить. Теперь он у Голоса.
– Мы намерены попросить этот голос вернуть наш корабль, – твердо сказал Стурм.
– Голос! Та-ра-ра! Почему бы не попросить Высоких Владык Небесных нести тебя домой на спине, как птичек, чирик, чирик? Голос злой, сэр Светлый Меч, берегитесь его!
Стурму казалось, что он плывет против сильного течения. Разум Рапальдо не мог следовать тому курсу, который был задан Стурмом, но в том, что он сказал, были какие-то крупицы истины. «Голос», если он вообще существовал, был огромной неизвестной величиной. Если он откажет им, их надежды на возвращение домой будут разрушены.
Стурм сделал последнюю попытку убедить Рапальдо.
– Ваше Величество, если мои друзья, и я сможем убедить Голос освободить наш летающий корабль, вы дадите нам сорок фунтов железа? А взамен мы отвезем вас на Кринн – на ваш родной остров, если хотите.
– Энстар? – сказал Рапальдо, быстро моргая. На его глазах выступили слезы. – Домой?
– До самого вашего порога, – пообещал Стурм.
Рапальдо поставил лампу на землю. Его рука метнулась к бедру и вернулась, сжимая широкий корабельный топор. Стурм напрягся.
– Пойдемте! – сказал Рапальдо. – Я покажу вам обелиск.
Он отошел, оставив лампу мерцать на полу. Стурм посмотрел на лампу, пожал плечами и последовал за безумным королем Лунитари. Тощие, обмотанные тряпьем ноги Рапальдо издавали, лишь слабые звуки, когда он бежал впереди Стурма.
– Сюда, сэр Светлый Меч! У меня есть карта, схема, Схема, хе-хе.
Стурм последовал за ним, сделав с полдюжины поворотов. Когда он колебался или чувствовал неуверенность, Рапальдо подзывал его.
– Обелиск находится в тайной долине, его очень трудно найти! У вас должна быть моя карта, чтобы найти его!
Затем шаги Рапальдо резко прекратились, как и его безумное кудахтанье.
– Ваше Величество? – Тихо позвал Стурм. Нет ответа. Стурм осторожно вытащил меч, позволив лезвию выскользнуть из пальцев, чтобы заглушить скрежет металла. – Король Рапальдо?
Проход впереди был полон фиолетовых теней и тишины. Стурм шагнул в темноту, скользя ногами по полу, чтобы не споткнуться.
Рапальдо выпрыгнул из углубления в стене и обрушил топор на голову Стурма. Шлем спас его череп от участи Дарнино, но удар выбил свет из его сознания и оставил лежать на холодном полу.
– Ну-ну, – сказал Рапальдо, тяжело дыша. – Грубая вмятина, я уверен, и совсем не подходит новому королю Лунитари, да? Древесные люди никогда не позволят своему единственному королю улететь, улететь! Так что я возьму летающий корабль и леди, я возьму, и деревья получат своего короля. – Тебя! Ха-ха! – Он хихикнул и взял шлем Стурма. Лезвие топора лишь слегка помяло железный горшок. Рапальдо примерил шлем. Он был слишком велик для него и закрывал глаза. Монарх красной луны стоял над своей жертвой, вращая шлем вокруг головы руками и безостановочно смеясь.
Глава 16. КОРОЛЕВКИЙ ТОПОР
Долгая ночь уже почти закончилась, когда гномы осмелились разбудить Китиару. Она застонала от боли и поднялась на ноги.
– Страдающие окровавленные боги, – пробормотала она. – Что случилось? У меня такое чувство, будто кто-то бил меня палкой.
– Тебе больно? – спросил Погодник.
Она повернула одно плечо и поморщилась:
– Очень.
– У меня есть мазь, которая может тебе помочь – гном быстро обшарил карманы жилета и брюк. Он достал маленький кожаный мешочек с тугим шнурком. – Вот, – сказал Погодник.
Китиара взяла пакет и принюхалась с закрытым ртом.
– Что это такое? – подозрительно спросила она.
– Эффективная мазь доктора Фингера. Также известный как самонаводящийся массажный бальзам.
– Ну, спасибо, Погодник. Я попробую, – сказала она, хотя думала, что мазь скорее обожжет ее кожу, чем успокоит мышцы. Она спрятала её подальше. – А где Стурм? – спросила Китиара с внезапным осознанием.
– Мы видели его несколько часов назад. Он искал тебя, – сказал Лесоруб.
– Он нашел меня?
– Откуда нам знать? Он сказал нам, что мы не можем взять ничего из железа Рапальдо, не спросив разрешения, а потом пошел искать тебя, – раздраженно сказал Румпель.
Китиара потерла ноющие виски.
– Я помню, что пошла, прогуляться, очевидно, вернулась, но кроме этого у меня сухая память. – Она кашлянула. – Как и мое горло. Здесь есть какая-нибудь вода?
– Сегодня утром Погодник вызвал партию, – сказал Наводчик. Он протянул Китиаре полную бутылку, и она сделала большой глоток. Гномы торжественно наблюдали за этим процессом. Когда Китиара наконец опустила бутылку с водой, Манёвр сказал:
– Леди, мы единодушны в нашей решимости убраться отсюда как можно быстрее. Мы думаем, что король опасен; кроме того, след Миконов становится все холоднее, пока мы ждем.
Китиара оглядела серьезные маленькие лица. Она никогда не видела гномов такими сплоченными и целеустремленными.
– Очень хорошо, давайте посмотрим, сможем ли мы выследить Стурма, – сказала она.
Рапальдо был в своем зале для аудиенций, окруженный двадцатью высокими людьми-деревьями, когда прибыли Китиара и гномы. На нем был рогатый шлем Стурма, подбитый тряпками, чтобы он не падал ему на глаза. Топор уютно лежал у него в руках.
Он лениво рассматривал их.
– Я не посылал за вами. Уходите.
– Перестань кривить губы, – огрызнулась Китиара. Она узнала шлем. – Где Стурм?
– Неужели у всех женщин Абанасинии такие дурные манеры? Вот что получается, если позволить им носить мечи...
Она выхватила оба оружия, меч и кинжал, и сделала один шаг к Рапальдо. Лунитари быстро подняли свои стеклянные мечи и копья и сомкнули ряды вокруг своего божественного, хотя и безумного, короля.
– Ты никогда не доберешься до меня, – сказал Рапальдо, хихикая. – Было бы забавно посмотреть, как ты попытаешься.
– Ваше величество, – дипломатично спросил Наводчик, – что сталось с нашим другом Стурмом?
Рапальдо наклонился вперед и погрозил гному костлявым пальцем.
– Видишь? Вот это правильный способ задать вопрос. – Он откинулся на спинку своего высокого стула и произнес – он отдыхает. Вскоре он станет новым королем Лунитари.
– Новый король? Что будет со старым? – спросила Китиара с едва скрываемой яростью.
– Я отрекаюсь от престола. Десяти лет достаточно, чтобы править, тебе не кажется? Я возвращаюсь на Кринн и буду жить среди себе подобных как почетный и уважаемый корабельный мастер. – Он облизал пальцы, чтобы пригладить свои гладкие седые волосы. – После того, как мои подданные вернут воздушный корабль, вы все останетесь здесь, за исключением тех гномов, которые нужны, чтобы управлять им. – Он наклонил голову в сторону Китиары. – Я собирался взять тебя с собой, но теперь вижу, что ты совершенно не подходишь. Хе, хе. Полностью.
– Мы никуда тебя не полетим, – вызывающе заявил Манёвр.
– Я думаю, вы это сделаете, если я прикажу моим верным подданным убить вас одного за другим. Я думаю, вы согласитесь с моим планом.
– Никогда! – сказала Китиара. В ней поднималась ярость.
Рапальдо посмотрел на ближайшего древесного человека и сказал:
– Убей одного из гномов. Начни с самого маленького. – Гномы сомкнулись в плотный круг вокруг Слесаря.
Лунитар бросился прямо на них.
– Беги! – крикнула Китиара и двинулась навстречу человеку-дереву. Она парировала его сильные, но неуклюжие удары. Осколки стекла летели каждый раз, когда ее стальное лезвие встречалось со стеклянным, но рукоять оружия древесного человека была такой толстой, что было очевидно – без прямого удара поперек оно не сломается.