Глава 24. ШТАНИШКИ СЛЕСАРЯ
Дракон с Китиарой, прижавшейся к его шее, вывалился из своего логова как камень, расправив крылья, чтобы облегчить приземление. Китиара сбросила плащ и подошла к дверному проему как раз в тот момент, когда появились Миконы, несущие Стурма и гномов.
— Давно пора вернуться! — крикнула она. — Всем приготовиться к бою — лунитары готовятся к атаке!
Шквал стеклянных копий пролетел через дверной проем и разбился о мраморный пол. Гномы, хотя и с любопытством, отступили под ливнем осколков красного стекла. Лунитары дико улюлюкали.
— Они хотят заполучить тебя, — сказал Купеликс. — Они требуют твоей крови
— Они, не могут войти? — спросил Погодник.
— Люди-деревья не способны здраво мыслить, — ответил дракон.
— Значит, они идут, — мрачно сказал Стурм.
Он стянул с себя верхнюю одежду и приготовил доспехи и шлем. Китиара безрассудно расхаживала взад-вперед перед дверью, привлекая внимание древесных людей.
— Может, их немного потрепать? — обратилась она к Стурму.
— Похоже, их нужно отпугнуть, — признал он. А дракону он сказал — Не одолжишь ли ты нам несколько Миконов? Они бы уравняли шансы.
— От них будет мало толку, — ответил Купеликс.
Стеклянный топор со свистом ударился о его чешуйчатое брюхо. Он безвредно отскочил и разбился об пол. Купеликс безучастно рассматривал испорченное оружие.
— Миконы почти полностью слепы при дневном свете, — сказал он. — Если я выпущу их на волю, они с такой же вероятностью разорвут вас двоих на куски, как и любого древесного человека.
— Хватит болтать, — рявкнула Китиара. Она поправила щит на предплечье. — Я собираюсь пустить в ход сталь!
Стурм потуже затянул пояс с мечом.
— Кит, подожди меня!
Он был без щита, но его кольчуга была тяжелее, чем у Кит. Он выхватил меч и побежал к двери.
Люди-деревья взобрались на земляной вал, возведенный Миконами, и использовали его высоту, чтобы увеличить скорость при бросках копий. Китиара прижимала щит к лицу, когда в него врезались снаряд за снарядом.
— Ну же, дьяволы, покрытые корой! — крикнула она. — Бросайтесь! Китиара Ут-Матар идет за вами!
Она начала подниматься по склону. Это было нелегко — крутой угол и рыхлая почва. Стурм, более осмотрительный, обошел обелиск, где вал был не таким крутым. Он поднялся на вершину почти одновременно с Китиарой, хотя между ними было сорок ярдов и двадцать с лишним деревьев.
Стурму приходилось фехтовать с Лунитарами на кургане и уворачиваться от копий, бросаемых с высоты. Лунитары улюлюкали во весь голос, и не требовалось большого умения, чтобы разглядеть гнев, искажающий их простые лица.
Китиара набросилась на троицу людей-деревьев, которые возвышались над ней. Она нанесла им лишь несколько глубоких ударов своим мечом Правда, одного древочеловека она поймала за руку и одним ударом отрубила ее. Отрубленная конечность упала на землю и поползла в поисках своего прежнего хозяина. Она запуталась в ногах Китиары и та, споткнувшись, упала на землю под шквалом ударов копья.
Древесные люди сгрудились над упавшей женщиной, и Стурм мог только предполагать, что она ранена. Он с ревом бросился на врагов и стал рубить их по спинам. Не в силах пробить насквозь и убить их, он сосредоточился на их трухлявых ногах. Стеклянное лезвие пронеслось мимо его лица. По оставленной им полосе потекла кровь, но он проигнорировал ее. Лунитары свалились с земляной стены и покатились вниз, опрокидывая своих собратьев на землю.
В правой ноге Стурма раздался страшный треск. Он оглянулся и увидел копье, воткнутое в заднюю часть бедра, кровь заструилась по багровому древку. Он взмахнул мечом, сломав древко копья и оставив наконечник в ноге. Он не мог видеть Китиару. Он упал, ослабев от боли и потери крови. Он сполз по валу на ближайшую к обелиску сторону. Вслед за ним поскакали древесные люди, выкрикивая свою версию его имени.
«Все кончено» — подумал он. Вот так все и закончится...
Ожидаемые острия копий не опустились на его незащищенное броней лицо и шею. До него доносились звуки битвы, хотя ему казалось, что он слышит громкие крики восторга и триумфа. Гномы? Конечно, они не осмелились выйти вперед. Их бы убили!
Улюлюканье взбесившихся лунитаров стихло. Стурм с усилием поднял голову и попытался разглядеть происходящее. На вершине вала стоял древесный человек и размахивал перед собой мечом, пытаясь отогнать какого-то невидимого врага. Темный предмет пронесся над головой и ударил его по лицу. Лунитары исчезли за валом под крики гномьего смеха.
Кто-то перевернул Стурма. Красная грязь посыпалась из его глаз. Китиара.
— Похоже, ты поймал одного, — дружелюбно сказала она. Ее лицо было исцарапано, а руки порезаны, но в остальном она была невредима.
— Ты в порядке? — слабо спросил он.
Китиара кивнула и поднесла горлышко бутылки с водой к его губам. Струйка дождевой воды была самой вкусной из всех, что он когда-либо пробовал.
— Хо, мастер Стурм! Госпожа Китиара! Мы победили! — объявил Заика. Он засунул большие пальцы под подтяжки и выпятил грудь. — Импровизированный брючный молот Марк I удался!
— Что?
— Неважно, — сказала Китиара. — Давай занесем тебя внутрь.
Она подхватила его на руки так же легко, как Стурм подхватил бы младенца, и понесла в обелиск.
Гномы колотили друг друга по спинам и разговаривали так быстро и громко, как только могли. Стурм разглядел странное приспособление с одной стороны прохода: вертикальное скопление стоек и шестеренок, с которых свисали три пары штанов гномьего размера, плотно набитых чем-то тяжелым, вероятно грязью. Купеликс сидел на самом низком насесте и внимательно наблюдал за происходящим. Увидев, что Стурм ранен, он предложил помощь в лечении.
— Никакой магии, — упрямо сказал Стурм.
Вся нога у него болезненно онемела. Было холодно, очень холодно. Широкая медная морда дракона опустилась рядом с ним.
— Никакой магии, даже если это будет означать твою смерть? — произнес отполированный голос рептилии.
— Никакой магии, — настаивал Стурм.
Погодник отвернул лицо Стурма и положил ему в рот горький на вкус корень. Гном сказал:
— Жуй, пожалуйста.
Уверенный в том, что он находится под тщательной немагической опекой гномов, Стурм сделал то, что ему было сказано. Онемение распространилось по его телу.
Он не заснул. Стурм отчетливо слышал, как гномы совещаются над его раной, как извлекают из плоти стеклянный наконечник копья, как дракон дает советы, как лучше зашить зияющую дыру. Потом он лежал на животе, онемение прошло. Нога Стурма нестерпимо пульсировала. Он приподнялся на руках.
— Если ты скажешь «где я?», я тебя ударю, — ласково сказала Китиара.
— Что случилось? — спросил он.
— Ты был ранен, — сказал Наводчик, сидевший на корточках возле головы Стурма.
— Это я хорошо помню. Кто отразил нападение древесных людей??
— Хотела бы я сказать, что это сделала я, — ответила Китиара.
— Мы сделали это, — объявил Заика, подойдя к Наводчику сзади.
Купеликс пробормотал что-то, чего Стурм не смог разобрать. Заика покраснел и сказал:
— С помощью дракона, конечно.
— Мы адаптировали конструкцию гномомета, — сказал Манёвр. Он встал на колени рядом с Заикой и заглянул Наводчику через плечо. — Мы использовали штаны Лесоруба, наполненные грязью, как подопытный материал для метания. Вабик предложил бросить штаны в лунитаров, но этого хватило бы только на один выстрел...
— Так что мы с Канатом отдали свои, — сказал Слесарь, который с трудом поднял голову. Его полосатые кальсоны красноречиво свидетельствовали об истинности его слов. — Мы наполнили их грязью и привязали к метательным рычагам...
—… и использовали систему передач, чтобы отбросить врага от стены, — закончил Канат за своего ученика.