— Было ошибкой явиться сюда, надеясь на добрый прием любящих родителей, — выдохнув спокойно произнесла Рейчел. Грустно улыбнулась отцу:
— Рада была тебя увидеть, — резко повернулась, направляясь к своей машине, больше ее здесь ничего не задержит. Ни за какие коврижки не вернут. Давно пора было закончить весь этот фарс, поставив житную точку в отношениях с Кристиной. Пусть дальше занимается собой, хватит лезть в жизнь дочери, которая нужна лишь для галочки.
— Не смей! — раздался негодующий голос женщины. — Слышишь меня, Рейчел? — топнула ногой, швыряя на деревянные доски настила веранды свой бокал. — Если сейчас уйдешь, можешь больше никогда не возвращаться!
Девушка обернулась победоносно улыбаясь, подняла руку вверх и помахала кончиками пальцев. Наконец свобода!
— Счастливо оставаться!
Уже у самой машины, когда рука потянулась к дверце, ее догнал отец:
— Солнышко, она изменится, — облокотился на капот Джош. — Я знаю она тебя любит, просто сейчас у нее кризис возраста.
— У нее всегда кризис. Па, она всегда такая, а я больше не могу идти у нее на поводу. Я взрослый человек со своими принципами и амбициями, думаю наши пути все-таки разошлись.
— Мне больно слышать твои слова, ты же знаешь, как сильно я тебя люблю, — тихо прошептал мужчина, притягивая девушку за руку к себе и крепко обнимая. — Поэтому понимаю, как тебе тяжело. Не знаю, что нашло на Кристину, в последнее время она сама не своя, срывается по любому пустяку. Думаю, ей тяжело принимать приближение старости.
— Папа у меня к тебе есть несколько вопросов по поводу сканов, — высвободилась из объятий отца, вставая напротив него, скрестила руки на груди.
— Вопросов? Тебя же уволили, — растерянно произнес, отворачивая голову в сторону, что не укрылось от девушки.
— А от куда ты знаешь про мое увольнение? — недоверчиво прищурила глаза. Кажется, в этой истории не все так просто! Сказал же Брайан, что его заставили ее уволить, так может этот «кто-то» был ее родной отец?
— Я позвонил твоему, как его там? Брайан? И настоял…
— Ну все! Хватит с меня! И ты туда же… — перебила, задохнувшись от ярости Рейчел. Как он мог? Зачем влез в ее жизнь? Это из-за него она осталась не удел, но в тоже время жива… Потерла подбородок от неожиданной мысли. Вскинула глаза, встречаясь с его непреклонным лицом.
— Зато благодаря этому, не получил сегодня утром уведомления о твоей смерти, — устало выдавил слова из себя. Встал, устремив взгляд в даль. — Думаешь мне легко? Когда мне сообщили кого этот индюк отправил в полицейский участок я думал лично его придушить. С одной стороны, никогда старался не лезть в твою жизнь, но здесь не смог сдержаться… прости… — понуро опустил голову в низ.
Рейчел растерянно стояла, не зная, как поступить. Не могла не согласиться с доводами Джоша, хотя и противилась этому. В очередной раз отец поступил как того требовал его долг, и она была ему за это несказанно благодарна.
— Прости, я погорячилась.
— Рей, на днях приезжай в мой офис, нам надо очень серьезно поговорить с тобой. Сейчас не время, да и собраться с мыслями хотелось бы, — открыл дверцу ее машины. Кивнул головой показывая, что разговор окончен.
Девушка, приподнявшись на цыпочки, поцеловала мужчину в щеку. Протянула свою руку для пожатия:
— Обязательно, — улыбнулась. — Теперь времени у меня предостаточно, — они обменялись рукопожатиями, и она села в салон за руль.
— Не гони, — кинул напоследок Джош, направляясь в свой особняк, где во всю бушевала Кристина.
Машина мчалась по загородному шоссе в сторону города. Вечернее небо почернело, лишь небольшая огненная полоска на кромке горизонта слегка разгоняла мрак. Глаза сосредоточены на дороге, а мысли петляют в дебрях головоломки последних событий. Шмель должна была уже прислать список людей, приехавших двадцать шесть лет назад. Интересно они все мертвы или кому-нибудь посчастливилось остаться в живых? И как помочь спастись, если такие имеются? Рейчел чуть прищурилась встречной машине, ослепившей на миг фарами глаза, но скорости не сбавила. О чем таком важно Джош хотел с ней поговорить? Любопытство съедало изнутри, рука в который раз потянулась к телефону, но тут же силой воли была возвращена на руль: отец если сказал на неделе, значит на неделе — никак не ранее. Семейная черта — все упрямы до безумия.