Я сжал рейлин усиливая оружие многоцветьем. По лезвию заструилась светящаяся сила из множества цветов, которые постоянно сменяли друг друга.
Но прежде чем я успел нанести первый удар, ближайшая статуя отмерла и бросилась в мою сторону. А вместе с ней проснулись и все остальные, устремившись к единственной возможной цели — ко мне.
16. Ход Мертвокотья ⅔
Серия веерных ударов поумерила их пыл, но битва явно будет непростой.
Одержимые отскочили, образовав вокруг меня идеальную окружность. Двенадцать девушек, некогда бывших тари. Каждая выглядела безучастной и равнодушной ко всему вокруг. Уровни над головой были разными, а вот имена почему-то им заменяли числа. От одного до двенадцати.
Вытянутые когти и глаза каждой пылали магией пустоты, а исходящую от них силу проклятия я почувствовал не хуже Ашера.
Но враг медлил.
Ровно до тех пор, пока над нами не раздался удар колокола.
В этот момент одна из девушек вдруг резко окрасилась бирюзой. Семёрка — так горело в её имени. Вычурная одежда преобразилась, подсветившись светом моей силы. Выглядело это красиво, но в то же время очень жутко — из светящихся бирюзовых глаз текли светящиеся слёзы. Бирюза текла из её рта, будто тари наглоталась краски. Та же краска текла по её телу, светилась на узорах одежды, постепенно стекаясь в пятна…
Мда… Ещё одна версия копирования способностей, или какой-то вид доппельгангера?
Сперва я даже обрадовался, что ни одна из здешних тари не выглядела как боец. Никакой брони и оружия — только узорные сложные платья, будто для какого-то бала. У моей соперницы вообще на голове был вычурный головной убор, напоминавший ведьмин колпак с часами по центру.
Девушка стремительно рванула ко мне, на ходу активируя мерцание.
Я развернулся, чтобы встретить врага лицом, но не успел — тари уже активировала веерный удар.
На миг я увидел её преобразившееся лицо — от былого равнодушия не осталось и следа. На лице тари была безумная смесь радости и ярости.
Я сходу призвал силу многоцветья, но перед глазами повисло оповещения, что для активации у меня недостаточно цветов. Но в бою думать о причинах было уже некогда.
Хорошо хоть, что мои артефакты никто не копировал, и бирюзовая Семёрка орудовала одними только когтями.
Взметнулась длинная юбка — девушка ловко увернулась от моего удара, поднырнула у меня под рукой и попыталась сходу атаковать, но я вовремя взмахнул китаровым диском, вынуждая её отскочить. А затем и сам активировал мерцание, чтобы атаковать.
Вот только меня ждал первый неприятный сюрприз.
— Гхэк… — из лёгких с силой вырвался воздух. Меня с силой дёрнуло за спину, выбивая из портала, и я повалился на пол.
Бирюзовые путы… первый навык моего цвета. Вот же…
Сверху уже была Семёрка, желая добить ударом когтей в живот.
Не так быстро!
Призвав из инвентаря тальвар, я перенёс в неё силу многоцветья, и отмахнулся, надеясь, что враг побоится подставляться под смертельное оружие.
Но враг поступил иначе.
Мир вокруг на миг приобрёл бирюзовые оттенки, а мои движения замедлились, будто на дне глубокого водоёма.
Кошка же напротив, резко ускорилась, а точность её атак стала запредельной. В следующие несколько секунд я получил сильный удар в грудь и живот, каким-то чудом сумел прикрыть шею, но за это поплатился рукой.
Послышался хруст, и правая рука обвисла плетью, а тальвар выпал из рук.
Когда действие тёмного времени закончилось, я уже потерял две трети запаса здоровья.
Место тальвара занял кровавый мрамор. В бою с таким врагом намного лучше бы мне помогли короткие парные мечи, или хотя бы один из них. Но есть что есть.
Однако нападать на меня снова Семёрка не спешила, как и её подруги. Напротив, она заняла своё место в круге. Только выглядела по-прежнему безумно довольной и всё так же светилась моим Цветом, оставляя после себя лужи краски.
Я призвал из инвентаря зелье здоровья и воспользовался паузой, чтобы залечить раны.
Одно хорошо, среди моих способностей не числилось заражение пустотой, так что на синхронизации этот бой никак не отражался.
Но была и плохая новость. Перед глазами всплыло оповещение великого отца о том, что сила бирюзы заблокирована. Пока что она не исчезла из списка доступных цветов, а значит многоцветье по-прежнему будет работать. Но тем не менее, использовать цвет я не мог.
А затем бой часов раздался вновь.
Следующая тари, Восьмая, засияла синевой кобальтового стража. В отличии от первой, эта одержимая сжимала в руке простенький меч без гарды. Но на что способен этот цвет с ним я прекрасно знал.