— Прям как ты, да? — улыбка кровавого друида стала шире.
Ули покрылась краской и зарычала, после чего со злостью метнула под ноги друидке несколько острых перьев.
Но та и ухом не повела.
Даяша тяжело вздохнула. Ссоры Улинрай с Реной стали привычным делом. Но лучше пусть так, чем если оури вновь будет срываться на ней. По непонятной причине сова с самого начала невзлюбила хатоу.
Впрочем, как и Рена. Вот только оури кровавый друид только подначивала. Сколько бы они не ссорились с совой, до драки дело никогда не доходило. А вот в адрес хатоу Рена как-то уронила намёк, что «кое-кого могут однажды и не найти».
Даяша знала, что хрупкая с виду кровавый друид вполне в состоянии исполнить обещание. Тем более что безумия у Рены на это вполне может хватить.
— Вы бы это… не ссорьтесь в общем, — в очередной раз попытался их успокоить Ашер. — Мы же все здесь одна команда, и цели у нас одни.
— Ага, почти все… — скосив взгляд на Даяшу, фыркнула Улинрай.
— Я дала клятву верности Лииндарку. Если он меня отпустит… — начала было хатоу, но сове было плевать что она скажет. У неё в принципе было ужасное настроение.
— Могу отпустить тебя прямо сейчас. Раз, и ты уже у Мортис! — оскалилась оури, поигрывая метательным пером.
Ложь…
Даяша не стала ничего отвечать. Просто в очередной раз вздохнула. Даже если бы сова была настроена серьёзно, паладин-хатоу могла о себе позаботиться.
— Что молчишь? Перо под ребро, и дело в шляпе! — не унималась разведчица группы.
— Ты хочешь вызвать меня на поединок? — наконец, не выдержала Даяша.
Ох, зря… она пожалела об этом едва слова сорвались с её губ.
— О, новенькая решила угрожать нашей цепной сове? — оскалилась Рена, внезапно встав на сторону оури. — А что, если я вместо неё тебя прикопаю?
Не ложь…
А ведь Рена сама терпеть не может Ули. Нет, эту друидку Даяше ни за что не понять. Психопатов вообще понимать сложно.
— Я не чувствую магии, но если сова не видит в темноте, значит дело явно нечисто, — вынесла вердикт Неонора. Этими словами она перевела внимание на себя, и хатоу снова вздохнула.
На этот раз, с облегчением.
До чего же просто было путешествовать с отцом… Прежде Даяша Ка-э-Лин вообще почти не пересекалась с кем-то вне общины Гнезда. Кроме Крона она общалась лишь с такими же хатоу, как она сама.
Дома конфликты были большой редкостью. Община тесно связана, выживание зависит от каждого в ней. Поэтому происходившее в группе здесь было для неё дикостью. Чего может достигнуть отряд с таким подходом? Случись нападение монстров, Даяша могла не задумываясь оставлять за спиной сородичей. Сможет ли она так доверять Улинрай или Рене? Вряд ли.
Ашер как-то говорил, что до прихода Рены атмосфера в группе была иной. Может, так оно и есть. Но её, Даяшу, почему-то с самого начала здесь невзлюбили, и она отчаянно не понимала причину.
Внезапно сознания девушки кольнуло присутствием силы. Огромной, неудержимой и безумной силы, тянущей своего обладателя в разные стороны против его воли. Такую жуткую ауру сейчас источало лишь одно существо из известных ей.
— Ка́Ко́б с Т аНОв к А?
По глазам больно резануло.
Даже просто находиться рядом с химерным цветомантом с десяткой сил было сложно. Остальные чувствовали изменения в лидере группы не так сильно, но сама обладая способностями мага Цвета, Даяша ощущала их намного лучше, чем ей бы самой хотелось.
Голова закружилась. Ноги начала бить мелкая дрожь.
— Лиин! — счастливо воскликнула Улинрай.
Теперь на время склочная оури станет мягкой заботливой совушкой.
Жаль, что характер Рены в присутствии лидера так разительно не меняется.
— Дерьмово, шеф! — жизнерадостно отозвалась Нео.
Лииндарк потянулся, хрустнул шеей шумно выдохнул.
— Иного ответа я от тебя и не ждал, — с вымученной улыбкой отозвался цветомант.
Даяша первой почувствовала возвращение сознания в тело лидера группы. Но виду не подала. Безгрешная лилия, получившая своё имя-регалию за навык цвета, всегда замечала намного больше, чем показывала.
Вид Лииндарка с каждым разом становился всё хуже. В первые часы после победы над Арахной сиинтри весь сиял силой и казалось, мало кто сможет бросить ему вызов. Сейчас же смотреть на него было жутко.
И увы, Даяша знала — это только начало.
Скоро он станет опасен для себя и для окружающих. Каждый цвет накладывал свой отпечаток на душу и привносил частичку своей сути в разум владельца.