Вот только тварь на этот раз была готова и к этому. Открыв светящуюся пасть, чудовище с шумом стало втягивать в себя воздух, вместе со светом вокруг.
Пещера снова погрузилась в кромешную мглу. А когда спустя мгновение свет начал постепенно возвращаться…
Ашер стоял посреди окровавленного поля боя. С переломанными ногами вдалеке валялось тело Балтора. Гверф всё ещё был в сознании, но здоровье застыло на отметке «при смерти». Феенмай был в отключке. Его раненная сестра была примерно в том же состоянии, что и Балтор. Рена так и не пришла в себя.
Осталось лишь три каменных девы — Обсидиан, Бирюза и Цитрин. Над чудовищем по-прежнему летали Неонора и Ули, а перед лицом твари танцевала с клинком Даяша. Её раны были достаточно серьёзны, но она ещё могла сражаться.
Монстр вновь ударил по земле, погружая в неё две руки. Спустя пару секунд они вырвались из камня под ногами хатоу, пытаясь прихлопнуть, как муху. Похоже, монстр мог изменять своё тело прямо в бою, прикрываясь щупальцами, создавая новые конечности и бесконечно их удлиняя.
В лицо чудовищу ударил звёздный луч, а следом за ним радужный спрей. Глаза твари вспыхнули, пасть приоткрылась вновь и в ответ вырвалось облако чернильной мглы.
Поток мрака врезался в магический щит Нео, и тот не выдержал. Тьма начала просачиваться сквозь неё, и тари вдруг закричала от дикой боли. Ашер сразу понял природу этого мрака.
Хищная тьма. Одно из опаснейших заклинаний стихии мрака было заключено в дыхании пещерного удильщика. Ханатри послал девушке целительный поток света — одно из немногих заклинаний, которые могли остановить разрушение плоти.
Мимо пронеслось отброшенное щупальцами тело Даяши. Девушка уклонялась и отбивала атаку чудовища, но силы её были уже на исходе. Ей на помощь пришли каменные девы, но удильщик снова поднял ударную волну, отбрасывая всех от себя.
А затем…
Тварь резко пригнулась к земле, погружая прикрывающие рот щупальца в камни. И в тот же миг из-под земли вертикально вверх вырвались десятки напоминающих угрей тентаклей, каждый из который оканчивался маленькой пастью.
Послышался крик, от которого всё внутри Ашера перевернулось.
УЛИНРАЙ!
Поймав её в воздухе, щупальца впивались зубами в её тело, отхватывая куски плоти и перекусывая кости. Послышался хруст и леденящий крик невыносимой агонии пожираемой заживо оури.
Даяша с трудом поднималась с земли. Одна из каменных дев была разбита, а две других… нет, слишком медленно! Неонора потеряла сознание — всё её тело было покрыто язвами от дыхания удильщика. Балтор лежал на грани смерти.
Перед лицом чудовища остался лишь Ашер, перед которым заживо разрывали самое дорогое для него существо. Девушку, которая была всем его миром.
Змеиный глаз ханатри засиял янтарным светом с такой силой, что едва не сравнился с пламенем глаз пещерного удильщика.
Белая пелена встала перед его глазами.
Мир сузился до темного силуэта Улинрай и громадной туши монстра.
Ашер терял себя в нахлынувших чувствах. Голова отказывала соображать — хану остался один на один со своим ужасом. И боялся он вовсе не удильщика и не смерти. Мысль о том, что его Ули может не стать пробуждала забытую всеми расовую способность впадать в боевой транс.
Перед ужасом подземных глубин встал маг-берсерк, для которого собственная жизнь перестала иметь значение.
Наверное, примерно так себя чувствует Рена во время приступов своей неконтролируемой ярости.
Пламя.
Лёд.
Ветер.
Камень.
Тело хану отдалось жжением. Он поднял левую руку, посылая в чудовище потоки огненных и ледяных стрел.
Открыта новая стихия: плазма [вода / пламя].
Вместо привычного потока заклятий во врага полетели белые вспышки, мгновенно охватившие щупальца монстра. Удильщик дёрнулся, выпуская из смертельных объятий заживо пожираемую сову.
А затем резко ударив по земле, монстр послал в его сторону ударную волну.
Ашер поднял руку, призывая охрану ветра, и одновременно с этим формируя каменный щит.
Открыта новая стихия: смерч [земля / воздух].
Рукава разорвались под натиском охватившего хану ветра. Каменная крошка, смешанная с потоками безумного ветра сорвалась с рук Ашера навстречу ударной волне пещерного удильщика. Послышался вой и скрежет, а затем в сторону монстра полетел град каменных игл.
Открыта новая стихия: шторм [вода / воздух].
Потоки серого ветра с разрывами молний окатили чудовище по всей длине, нанося множественные болезненные укусы. Сеть молний оплела всё тело чудовища, оставляя болезненные, исходящие дымом раны.