После трапезы Оди решил устроить мне краткий экскурс по городу. Начинало темнеть, небо стало мрачного коричневого оттенка, еще немного – и станет ничего не видно. Но город оказался небольшим, и мы прошли все буквально за полчаса. Проходя мимо последней точки, Оди начал что-то активно рассказывать, но я уже не слушала его. Позади него я увидела вертолет.
– Это… Вертолет Охотников?
– А? – он с удивлением обернулся, а потом ответил, будто это было обычным делом. – Ну да. Мы его недавно сбили.
– Но… Как вам это удалось?
– Хе-хе, к нам недавно пришел инженер из Охотников. Он-то и смастерил нам оружие, которое вертолеты умеет сбивать.
– И зачем вам это?
– Как зачем?! Ресурсы. Вертолет разобрали, а трупы раздели и выбросили к «речным». Им-то тоже что-то жрать надо.
Я притворилась, что не слышала последнего предложения.
– А что-нибудь ценное там нашли?
– Да кроме самого вертолета вроде ничего такого там и не было.
– А ты сможешь отвести меня к этому инженеру?
– Да можно, он тут недалеко.
Мы подошли к полуразрушенному домику, чем-то напоминающему кузню. Так называемый инженер еще напоминал человека, только его могучая грудь была покрыта шерстью, а на голове росли огромные рога. Его лицо не показалось мне знакомым. Возможно, он вышел из Охотников еще до моего прихода.
– Привет, Фоки.
Инженер только молча кивнул в ответ.
– Я тут новенькую привел, она хотела с тобой познакомиться.
Фоки посмотрел на меня своими черными глазами, в которых совершенно не было видно зрачков, и сразу обратил внимание на протез.
– Очень хорошая работа. Кто сделал?
– Я… – да что все пристали к моему протезу? Теперь нужно выкрутиться. Этот инженер, кем бы он ни был, точно может меня раскусить, он же сам когда-то был Охотником. – Я родилась в Клоаке, там всю жизнь и прожила. Условия жизни там не из легких, вот и приходилось выкручиваться. Меня поймали на воровстве, из-за чего я и лишилась кисти. Один мудрый человек, который сделал этот протез, посоветовал мне прийти сюда. Вряд ли вы его знаете, он тоже всю жизнь в Клоаке прожил.
После моего рассказа Оди издал дикий смешок.
– Не такой уж он и мудрый, раз посоветовал тебе сюда прийти. Но, видимо, мастером он был отменным.
– Вообще, мне не нравится, что все на него обращают внимание. Может, у вас есть какая-нибудь перчатка?
Фоки тяжело встал и подошел к сундуку поблизости. Затем вытащил оттуда бежевую перчатку и кинул мне.
– Лови.
Меня передернуло, когда я увидела знак Охотников. Перчатка села на меня идеально. Я невольно задумалась, что она могла принадлежать той девушке из вертолета. Но… лучше об этом не думать.
«Каждый выживает, как может», – так говорили в районе, где я родилась.
После того как мы вышли, уже совсем стемнело.
– Думаю, ты устала. Можешь прилечь отдохнуть.
Оди отвел меня в сторону столовой, возле которой находилось еще одно здание. Внутри было куча кроватей и спальных мешков. Похоже, когда-то здесь находилась больница или что-то подобное. Сейчас же все больше напоминало огромную казарму.
Оди показал мне на незанятый спальный мешок. Когда я легла хоть на что-то более-менее похожее на кровать, то поняла, насколько устала. Как же хотелось вот так прилечь и забыться, а потом проснуться в Фэмме и понять, что все было страшным сном.
Однако, когда я открыла глаза, ничего не изменилось. Воняло собачатиной, сыростью и сырым мясом. И все же это было лучше, чем холодный пол тюрьмы.
Так прошло несколько дней. К воде и еде мне пришлось привыкнуть, не голодать же. За время пребывания в городе я собрала достаточно информации.
Дикие земли оказались заброшенными уже давно: из-за загрязнения атмосферы эту территорию люди просто покинули. Поэтому тут осталось столько старых построек. В Дикие земли стали сбегаться все одичалые, чтобы их не уничтожили. Неясно, кто начал и придумал, но, оказалось, что это беженство длится уже довольно долгое время, начавшись еще до Кровавой войны. Здесь собрались одичалые разных слоев общества: бывшие работяги, ученые, военные, даже богачи. Врачей только мало.
Самое важное – многие из них были известными магами, но из-за одичания больше не могут пользоваться магией. Поэтому и приходится придумывать самодельное оружие, чтобы сражаться с Охотниками. Меня поразило, как Охотникам удается так долго скрывать существование одичалых, да еще и в таких масштабах. Даже я, став Охотником, не слышала и намека на одичалых людей. Скорее всего, мои догадки оказались верными, и Охотники на монстров как раз занимались устранением одичалых. Поэтому их организация была настолько засекречена. Но почему люди скрывают такое огромное количество одичалых? У нас столько Охотников. Неужели они не могут их всех перебить? И почему одичалые вообще сопротивляются? Даже больше, они пытаются хоть как-то восстановить свою жизнь, чтобы было как в Фэмме. Однако даже по меркам Клоаки то, что я здесь вижу, дикость. И все же у них было что-то наподобие кланов. Опять же никто не знал, кто основал здесь все эти кланы, так как у одичалых очень плохо с памятью. Но они есть, и одичалые придерживаются определенной дисциплины в этом плане. Что удивляет еще больше. Когда новый одичалый приходит в Дикие земли, его определяют в группу, зависящую от того, в кого именно он превращается. Новичок обязательно должен отказаться от прошлого имени и жизни. Кто же придумал эти правила? Интересно посмотреть на этого одичалого.