– Здравствуй, Ролен.
– Привет, Агейл. Меролл у себя?
– Да. Сейчас, – она встала из-за стола, зашла в кабинет и, выйдя оттуда через несколько секунд, проговорила своим милым голоском: – Он сказал подождать несколько минут.
Мы оба посмотрели друг на друга понимающим взглядом. Цену себе набивает. Было бы еще перед кем. Вот это был один из пунктов, который мне не нравился. Как только он стал Президентом, то сразу появились эти замашки. Все это глупости, и сработает с кем-нибудь другим, но точно не со мной.
Я без церемоний зашел в кабинет и сразу же заметил, что здесь появилось еще больше книг, а на стене увеличилось количество картин с мрачными пейзажами. В конце комнаты сидел Меролл, позади него сквозь огромное окно виднелась главная улица Апола. Он что-то быстро писал на письменном столе из красного дерева.
– Сначала ты присылаешь мне срочное письмо, а потом просишь подождать. Как это называется?
– Извини, Ролен, но не все звезды сошлись на тебе. Тем более во сколько ты ко мне приходишь? В девять утра? Я еще даже прием не начал. Мне и вправду нужно кое-что доделать… Но раз ты зашел, прошу.
Я сел на диван напротив него. Мы не виделись довольно давно. На демонах обычно старость не отражается, как на людях: никакой седины, морщин, ухудшения здоровья. Да и живем мы дольше. И все же старость видна в наших глазах. И у Мэролла они были похожи на мои: уставшие, многое повидавшие, потерявшие алый блеск.
– У меня к тебе дело, Ролен.
– Это было понятно сразу же. Не тяни.
– Хорошо, не буду. Вот.
Меролл положил на стол старый раскрытый свиток.
– Спасибо, конечно, за комплимент, но я не настолько старый, чтобы читать… это староэльфийский?
– О, видишь! Определил сразу.
– Да только у них такие витиеватые закорючки в письменности. В любом случае, я ничего прочитать не смогу.
– Я показал его в доказательство к своим словам. Одна моя знакомая случайно нашла этот свиток. Также у нас нашлись те, кто смог перевести это старье. В свитке сказано, что существует артефакт, который может значительно ускорить процесс одичания.
Он остановился. Думает или просто трагическую паузу выдерживает? В его стиле. И, как обычно, никаких имен, никакой конкретики. Всегда было интересно, он так только со мной себя ведет или с остальными тоже?
– Ролен, мне требуется твоя помощь. Мои шпионы выяснили, что, скорее всего, артефакт до сих пор находится у эльфов, точнее, дроу, – тех, кем теперь они стали. Сейчас единственное, что от них осталось, – это маленький город в Подземелье и неразумное стадо глубоко под землей.
– О, нет-нет, кажется, я понял, в какую сторону ты ведешь разговор.
– Ролен, я не знаю, кого еще можно туда отправить. Ты прекрасно знаешь, как демоны боятся Подземелья и какие слухи о нем ходят. Я доверяю тебе и знаю, что ты сможешь пойти глубже в Подземелье и твое состояние… не ухудшится.
– Да ты и сам веришь в эти бредни, которые говорят об одичании.
– Все верят.
– Я тебя умоляю, тогда бы уже все одичали.
– В любом случае, мы не знаем, как он работает. И если тебе удастся его заполучить, шанс, что ты одичаешь, минимален. Ты сам это знаешь.
– Зачем тебе этот артефакт? Хочешь устроить вторую Безумную войну?
– С этим артефактом никакой войны не нужно. Люди сами себя перебьют.
Я облокотился на кресло и задумался. На самом деле это был идеальный шанс. Мне совсем не хотелось заглядывать так далеко, в глубину Подземелья, но, возможно, именно там и были все ответы, которых мне не удалось найти на поверхности. В любом случае необязательно отдавать артефакт сразу…
– Я согласен, но будет одно условие.
– Слушаю.
– Один я туда не пойду.
– И кого же ты хочешь взять?
– Эдора. Ты его знаешь.
– А… Того эргона? Он захочет вниз? Вроде эргоны не очень любят Подземелье.
– Захочет. Он так же не верит, что внизу высок шанс одичать быстрее.
– Я понял тебя. Тогда приходите вдвоем завтра с утра. С моей стороны будет дано все, что нужно.