— Хорошо, пойдем!
— Куда?
— Ко мне, Лаура! Ты же хотела поговорить наедине?
Я открываю рот, но слова застревают в горле, потому что Лео крепко обхватывает мою ладонь и тянет за собой. От него исходит такая сила и уверенность, что меня буквально обдает ветерком мужских феромонов. Я сдаюсь и покорно иду следом, и только за это готова прибить его на месте. Мы поднимаемся на второй этаж, а Лео даже не думает отпускать мою руку.
— Кстати, я так и не нашел Носферату, — вдруг прерывает он тишину.
— Сожалею.
— Правда? — Он вдруг резко разворачивается, и я влетаю в широкую грудь охотника. Его рука тут же бережно ложится мне на спину, и, хотя это прикосновение совершенно невинно, от нечаянной близости тело накрывает волной томительного жара, который находит выход через вспыхнувшие щеки.
— Нет, не правда, — откровенно признаюсь я. — Я с тобой не о кошках пришла поговорить.
Лео выдавливает из себя смешок, как бы показывая, что другого он от меня и не ждал. Мы молча доходим до уже знакомого мне номера и он отпирает дверь.
— Прошу. — Парень пропускает меня вперед и проходит следом. — Если честно, я был удивлен увидеть тебя здесь опять.
— А я то как удивлена! — бормочу я себе под нос.
— О чем ты собиралась со мной поговорить?
Мда, похоже, прелюдии — это не его; он предпочитает сразу переходить к делу.
А я не готовила пламенных и убедительных речей. В тот момент, когда я села за руль внедорожника Сандры, мной двигала шизофрения по имени Лале.
Я сглатываю, пытаясь хоть как-то смочить пересохшее горло, и смотрю на Нолана огромными глазами. На таком мужчине взгляду есть, где остановиться: особенно привлекает угадывающийся под его футболкой револьвер.
«Он хороший, Лайя», — повторяю я себе, пытаясь уверовать в сущий бред.
Набрав в грудь побольше воздуха, решаюсь рассказать ему все. Ну почти все. Или почти ничего.
— Я знаю, чем ты занимаешься, Лео. И от кого ты защищаешь людей, я тоже знаю. — Он чуть заметно напрягается, и я успеваю заметить, как дрогает его рука. — Как давно ты охотишься на вампиров?
— Это праздный интерес? — сухо спрашивает Лео. Он похож на статую, которую невозможно удивить, напугать или смутить.
— Хотелось бы знать, насколько ты опытный.
Его глаза становятся жалящими. На секунду мне кажется, что охотник убьет меня прямо сейчас, но он все еще стоит неподвижно.
— К чему этот разговор, Лаура? Чего ты хочешь?
— Сваливай отсюда, Лео! — выдыхаю я скупое предупреждение. — Они знают, кто ты и где ты. На твою голову объявлена крупная охота. Не думаю, что ты настолько крут, чтобы тягаться с лучшими из наемников.
Он молчит, внимательно всматриваясь в мое лицо. Я хочу, чтобы оно было такое же непроницаемое, как и его, но предательские эмоции одолевают меня.
— И почему же ты решила спасти меня? — говорит он. Затем проходит вглубь комнаты, останавливается возле комода и пытается что-то найти в ящике.
— Спасать ты себя сам будешь, а я просто предупредила. И позволь оставить в тайне причину этого поступка.
— Хорошо, — соглашается Лео. — Тогда честно ответь на свой же вопрос и можешь идти.
— Какой вопрос? — удивляюсь я.
— Как давно ты стала вампиром, Лаура?
Я мотаю головой в надежде, что мне послышалось. В один миг почва уходит из-под ног, все мысли закручивает в сумасшедшем вихре.
«Брось, Лайя, он давно догадывался», — поет мне Лале, и я не понимаю, чего это она такая спокойная и воодушевленная.
— Что за бред? — наконец, возмущаюсь я. — У тебя нет доказательств, что я вампир!
— Не вынуждай меня тебе их предоставить! — голос охотника становится жестче и требовательнее. — Просто скажи правду.
Я чувствую себя загнанной в угол, абсолютно беззащитной. Хочется схватиться за что-то, но вокруг пусто. Я будто падаю в пропасть с бешеной скоростью.
— Я не вампир, ты ошибся, — слышу я свой сипой голос.
Я струсила, я не смогла сказать правду.
По лицу Лео пробегает тень разочарования; сквозь туман в глазах я вижу, как в его руках появляется какой-то предмет. И как только я понимаю, что это зеркало, луч попадает на отражающую поверхность и с нее скользит на мое плечо.
Вампиры давно приспособились к солнечному свету: мы спокойно гуляем днем, не теряя силы. Но попавший на зеркало свет губителен для нас. Он вызывает ожоги и может убить.
Охотнику «пять» за смекалку.
Кожа на плече начинает с шипением плавиться — я вскрикиваю, а Лео поспешно уводит луч.
— Доказательств достаточно? Или мы продолжим?
Не спеша он вынимает револьвер и наводит на меня. Мое сердце пропускает удар за ударом…
========== Часть 9. Hesitation ==========
Комментарий к Часть 9. Hesitation
Немного dirty-talk. 🌶
Короткая глава, но очень нужная)
Когда она поспешно скрылась за дверью, Лео вскинул брови и скривил губы в едкой ухмылке: серьезно, к нему отправили девчонку? Да еще такую неопытную, что она грохнулась в обморок, едва увидев охотника вживую?
Спасибо, развеселили. Хотя это даже обидно. Неужели не нашлось никого достойнее на роль его убийцы? Ведь он один из лучших, пусть не в количестве, но в качестве уж точно; ему доверяют самые опасные и сложные случаи.
Бред! Может, все дело в том, что он привык подозревать каждый столб и напрочь разучился верить в случайности? Лаура просто обязана быть случайностью! Потому что он не собирается играть в эти игры с куклой, которую придется каждый раз откачивать нашатырем.
Да и какие у него доказательства, чтобы однозначно причислить ее к вампиршам-наемницам?
Девчонка не понравилась Носферату? Так он — парень с запросами! Раны на руке не оказалось? Но Лео не был уверен, что кот поцарапал ее. И в конце концов, он собственными глазами видел, как девушка выудила мифическую кошку из кустов под балконом, — значит, не соврала.
Он просидел до утра, не сомкнув глаз, ожидая и одновременно боясь, что она объявится вновь. Но она не пришла. К счастью.
И уже под утро его все же сморил сон — он заснул, как младенец, раскинувшись поперек кровати. И как ни странно, ему приснилась она…
Лаура стояла посреди поля розовых тюльпанов и смеялась. Она была еще прекраснее: нежная, невесомая, ранимая, в длинном струящемся платье, под которым едва угадывался силуэт тонкого, девичьего тела. Она пропускала сквозь пальцы изящные стебли, лицо светилось от всеобъемлющей радости.
— Аслан, пойдем со мной, — звала Лаура, и он понимал, что она обращается, несомненно, к нему.
Она была такая знакомая, такая родная, такая нужная. Отчаянно хотелось подбежать и закружить ее над этим бесконечным цветочным полем, укутать в объятиях, стать для нее целым миром.
Но он не мог. Чем ближе он подходил к Лауре, тем дальше она становилась. Девушка ускользала, как призрак, скользя среди тюльпанов, пока ее очертания и вовсе не растворились в розовом мареве.
Она ушла. И без нее он вдруг ощутил себя… собой. Не Асланом, а Лео. Совершенно обычным Лео, но с зияющей бездной внутри, которую раньше не замечал.
Парень проснулся, жадно глотнув воздух. Его пульс побивал общепринятые нормы, а медные волны волос прилипли к потному телу. Несмотря на красивую картинку, сон был похож на кошмар. Хотя кто бы сомневался, что Лаура станет его кошмаром!
Лео пошел в душ, но смыть ему хотелось, в первую очередь, невнятные сантименты из собственного сердца. Кто давал ей право сниться ему? За что и почему?
Пока холодные капли бесстыдно облизывали его обнаженное тело, он раз за разом проживал свой сон, представляя, как ему все-таки удается настигнуть ее, крепко схватить и не отпускать. Наверно, он чокнулся.
В два у Лео была назначена встреча с Аланом Аквиллом, руководителем американского подразделения «Тетры». Эта организация занималась вопросами противовампирской безопасности, в ней Лео и работал.
Начальник позвонил ему ровно в 14:00 и сообщил, что уже находится в холле отеля. Алан чтил порядок и дисциплину больше, чем мать родную, поэтому появляться перед ним следовало по Уставу. Открыв ящик прикроватной тумбы, Лео с удивлением обнаружил, что револьвера нет на месте. Пропажа быстро обнаружилась в целости и сохранности в другом ящике, но охотник пока не страдал проблемами с памятью и точно помнил, куда положил оружие.