Баркли старался не отставать от Дафа, чувствуя себя немного спокойнее рядом с этим деловым, здравомыслящим человеком. Но мастер внезапно остановился, и чиновник едва не налетел на него. Даф осветил фонариком дно тоннеля.
— Там в воде что-то есть, — сказал он.
Баркли посмотрел на освещенное широким лучом фонаря дно тоннеля. Какой-то предмет медленно плыл по течению, время от времени натыкаясь на покатую стенку боковой дорожки.
— Что же это такое? — с любопытством спросил Баркли.
— Это труп, — сказал Терри, подходя к ним.
Даф понял, что на этот раз его напарник не шутит. Став на колени на краю дорожки, он зацепил плывущий предмет металлическим прутиком. Когда Даф начал его подтягивать, труп медленно перевернулся. Все трое остолбенели, увидев распухшее серое лицо и широко открытые глаза мертвеца.
Баркли согнулся пополам возле сырой стены, чувствуя, что его желудок заходил вверх-вниз, как обезумевший лифт. Пытаясь совладать с мучительной тошнотой, он услышал голос Терри:
— Господи Иисусе, еще один!
Услышав всплеск, он заставил себя открыть глаза. Терри спустился в канал — его высокие болотные сапоги надежно защищали его от вонючего потока, доходившего ему до самых колен. С трудом передвигая ноги, Терри направился к трупу, прибившемуся к другому берегу канала.
— Кажется, это женщина, — крикнул он через плечо.
— Ладно, Терри. Попробуй поднять ее на дорожку, — сказал Даф. — Потом вернемся и приведем людей, чтобы убрать их отсюда. Мистер Баркли, вы не поможете нам вытащить этого?
Баркли в ужасе отпрянул к стене:
— Я... я не знаю...
— Вы не поверите, — снова послышался голос Терри. — Но плывет еще один.
Даф и Баркли проследили за его взглядом и увидели приближающийся по направлению к ним предмет. Это тоже была женщина; белая ночная рубашка колыхалась и пузырилась вокруг нее. Она была обращена лицом кверху, и ее остекленевшие глаза были уставлены в капающий потолок. К счастью для желудка Баркли, ее лицо было не таким распухшим, как у первого найденного ими мертвеца.
— Хватай ее, Терри! — приказал Даф.
Напарник взгромоздил на дорожку труп, который держал в руках, и направился к следующему. Они наблюдали, как Терри поймал тело за ногу: Даф — придерживая за лацканы мертвеца, плавающего у него под ногами, а Баркли — поражаясь отсутствию нервов у помощника мастера. Видимо, парень был слишком туп, чтобы что-то переживать.
Терри наклонился над утопленницей, намереваясь подхватить ее под мышки. То, что произошло дальше, вызвало у обоих наблюдателей одинаковую реакцию, но с различными последствиями.
Как только голова Терри приблизилась к лицу женщины, из воды выскользнули бледные руки и обвились вокруг его шеи. Он закричал, но, влекомый вниз, издал захлебывающееся бульканье и погрузился в воду. Он отчаянно пытался высвободиться Из смертельного объятия, от чего лениво текущий поток превратился в кипящий водоворот, но тварь не разжимала рук и тащила его вниз.
У Баркли отвалилась челюсть в беззвучном вопле, и он не почувствовал, как по его ватным ногам заструились горячие испражнения. Засунув в рот кулаки, он попятился к стене.
Шок у Дафа мгновенно перешел в парализующую боль, начавшуюся в области груди и быстро распространившуюся по всей верхней части тела. Какая-то кровавая слепящая пелена поплыла перед глазами, и он упал в воду: сердце его остановилось раньше, чем он успел захлебнуться.
Баркли видел, как Терри еще раз показался на поверхности воды, и заметил в глазах помощника мастера, устремленных на женщину, какое-то недоумение. Она сжимала юношу в страстном любовном объятии и улыбалась потрескавшимся, изъеденным ртом. Терри рванулся назад, и тварь исчезла вместе с ним.
Во взбаламученной зеленоватой жиже Баркли видел тусклое свечение фонарика на шлеме Терри, но постепенно волнение стихло, сменившись рябью, которая тоже разгладилась после того, как последние пузыри всплыли на поверхность. В конце концов светящаяся точка фонарика потухла. Вода была неподвижна. Пока она не всплыла. Покрытая зеленоватой слизью. Глядя на него. И улыбаясь.
Баркли пронзительно завизжал, и по мрачному подземелью прокатилось эхо, передразнивая его на сотни ладов. В тоннеле все пришло в движение. Из темных переходов выступали какие-то фигуры. Другие брели по колено в воде, причем появлялись с той стороны, откуда он с двумя рабочими только что пришел. Он не хотел смотреть, но ничего не мог с собой поделать и судорожно вертел головой, освещая скачущим лучом фонаря эти приближающиеся привидения. Чья-то холодная мокрая рука сомкнулась на его лодыжке.