Во второй половине дня к нам прицепилась стая волков. Большая стая, как сказал проводник. Где-то у них здесь логово имелось. А из-за холодной зимы серые вконец оголодали.
— И даже к нашему лагерю выходят! — поведал нам Егор. — Как бы до посёлка не добрались…
Он храбрился, конечно, но видно было, что появление волков его беспокоит. А те кружили вблизи нашего отряда и выли, постепенно сжимая кольцо.
— Ищем место для обороны! — приказал Давид, когда несколько молодых самцов мелькнули между деревьев.
К счастью, Егор эти места ещё хорошо знал. Так что безошибочно вывел к замерзшему озерцу, которое пряталось в лесной чащобе. Выбравшись на лёд, наш отряд сбился в плотный строй в середине озерца и выставил стволы в сторону леса.
— Долго они могут преследовать? — поморщился Давид.
— Долго… Но, думаю, они не нападут! Волки животные осторожные, хитрые, — ответил Егор. — Человека опасаются. Если не бежать, они и отцепятся… Ладно бы один кто шёл. На такого ещё могут. А на большой отряд… Нет!
На льду озера мы простояли почти час, пока волчий вой не стал стихать в стороне, откуда мы пришли. Егор оказался прав: нападать волки не решились. Покружили рядом и ушли. А мы продолжили путь.
Хотя пару раз я слышал волчий скулёж. И именно в это время не видел рядом Тёмы. Так что, возможно, даже Егор мог ошибаться насчёт волчьих привычек и мотивов.
Когда начало темнеть, решили встать лагерем. Палатки с собой были, да и запас еды имелся на несколько дней. Мне с Авелиной ещё хорошо было: нас не нагружали поклажей, поэтому несли мы только сменные вещи. Ну и Тёму, когда он изволил уставать и решал поездить на хозяевах. А вот остальные тащили на своём горбу весь походный скарб.
— Сколько ещё до лагеря этих пришлых? — спросил Давид у Егора, пока бойцы разбивали лагерь.
— Немного осталось. Час-два идти… — ответил проводник.
— С моими разведчиками сходишь? — спросил начальник охраны. — Разведаем, что там и как.
— Схожу, отчего не сходить… — согласился мужичок.
Разведчиков было трое. Вместе с Егором — четверо. И ушли они почти сразу, чтобы не терять время.
— Нападём перед рассветом, — оповестил меня Давид.
— Может, выждать день? — усомнился я. — Подготовимся получше.
— Летом я бы так и предложил. Но зимой нельзя. Следы заметят, — не согласился начальник охраны. — На снегу всё видно. Люди Облома приметят, что кто-то следил за лагерем, и будут готовы. А вот если разведаем вечером, а нападём затемно, будет неожиданно.
Лагерь в зимнем лесу — это, как оказалось, не хухры-мухры. Сначала надо разгрести глубокий снег, как минимум, основные сугробы. Иначе палатки будет не поставить. Так что первым делом шли снегоуборочные работы. А потом, когда вокруг лагеря уже вырос снежный вал, приступили к организации мест для ночлега.
Температура, к слову, падала быстро. Это днём были бодрые минус тридцать, а ночью ожидались морозы под минус пятьдесят и ниже. К тому же, вскоре подул пронизывающий холодный ветер. А мы, между тем, всё ещё не развели костры.
По совету охотника Дмитрия, костёр, из-за близости вражеского лагеря, делали скрытым. Неглубокий колодец, поддув к его основанию… А уже там развели пламя. И таких костров было шесть штук на лагерь.
Тепло они давали, если сидеть поближе. А вот как спать на таком морозе, я даже близко не представлял. Оказалось, что Давид заранее об этом позаботился, по совету того же Дмитрия. И на все палатки были закуплены обогреватели. Не слишком мощные, на больших батарейках, но приемлемую температуру в палатке обеспечивали.
Сами палатки были многоместные. В одной палатке умещалось шестеро постояльцев. Тенты, по совету всё того же Дмитрия, засыпали слоем снега. Мол, так будет теплее.
К моменту, когда отряд поужинал, вернулись разведчики вместе с Егором. Быстро накидали план местности: всё, что удалось рассмотреть по темноте. Егор добавил свои комментарии. И перед тем, как улечься спать, мы обсудили план действий.
Обсуждение проходило в нашей палатке, где поселили меня, Авелину, Кислого, Давида, Дмитрия и Егора.
— Лагерь у них на высокой излучине местной речушки, — сообщил Давид, расстелив лист с планом. — Из укреплений только забор в рост человека, но от обрыва до обрыва. Людей насчитали человек сорок. Вооружены преимущественно винтовками и ружьями. Ничего больше наши ребята не заметили.