Вот только дело было в другом. Я со своим ящичком взял и пошатнул этот маленький скучающий мирок. Нет, даже не так — я его со всей силы пнул. Система местного маленького мира вздрогнула от ужаса и реактивно ответила. Я поступил не так, как от меня ожидали. И тем самым очень обидел местных «божков».
А «божкам» постоянно нужно доказывать свою силу. Вот они и решили продемонстрировать её на нашем с Авелиной примере. Если бы была опасность, что мы, вернувшись на Большую землю, всё расскажем — может, и не решились бы на подобное.
Но был в их раскладе ферзь, который легко избавил бы их от последствий. Если, конечно, я и Авелина всё-таки сломаемся и пойдём на сотрудничество. И этим ферзём был менталист. Только этим можно было объяснить настолько вопиющую наглость.
Хотя если честно… После того, что недавно случилось в Стопервом, я всерьёз подозревал, что воздух Серых земель опасен для мозгов. Нет, конечно, и на Большой земле, бывает, люди сильно рискуют. И совершают глупые поступки — куда уж без этого? Но чтобы такая концентрация беззакония и плевков против ветра, как здесь…
С другой стороны, это же Серые земли. Ничейная территория. Иллюзия безграничной свободы. Так что, может, и нечему удивляться. Вон, даже сюда, в подземное научное предприятие Рюриковичей, этот вирус вседозволенности проник.
— Итак, нас тут заперли, а связи с нашими нет. И вообще связи нет… — закончив с размышлениями, резюмировал я. — Сдаётся мне, к цесаревне нас тоже в ближайшее время не пустят. А давить будут всё сильнее…
— Как именно? — хмуря брови, спросила жена.
В этот момент свет в покоях мигнул и погас. Кажется, служба безопасности обиделась на то, что мы нашли следящие устройства.
— Отключат воду, свет, вентиляцию, — перечислил я. — Перестанут кормить… Поить…
— Я наберу ванну, — побледнев, решила Авелина.
— А я попробую оставить заявку на ремонт освещения! — поддержал я идею, радуясь, что в моих вещах имелся небольшой НЗ. — Еда у нас есть, её хватит на неделю точно. И корма для Тёмы тоже. Вода, в крайнем случае, тоже есть. В бутылках. Надо продержаться до того, как цесаревна заметит наше отсутствие и вмешается. Ей-то отказать они уж точно не смогут.
Впрочем, я не был уверен, что не решатся. Они же тут на всю голову ушибленные, похоже… Владимир далеко, дикое зверьё — рядом. А менталист, если что, и у Рюриковны отдельные воспоминания подчистит. И судя по тому, что я слышал от служивого паренька — сделает это виртуозно. Никто впоследствии ничего не заподозрит, в первую очередь — сама Саша.
— Зато цесаревну можно отвлечь! — прерывая мои размышления, буркнула жена и вышла в сторону ванной комнаты.
Вода ещё шла, поэтому удалось набрать половину ванны. Мы бы набрали и целую, но в процессе создания запасов кран захрипел и прощально булькнул. Ну а отправить жалобу я не смог. Внутренний терминал не работал, а цера не могла подключиться к местной сети.
Ночью выключилась вентиляция, и в покоях стало душно… Ненадолго. Потому что я, вооружившись пособиями и справочниками, взятыми с собой, создал плетение, которое восстановило нормальный ток воздуха. Впрочем, это была временная мера. Я был уверен, что при желании эти мстительные идиоты перекроют нам воздуховод.
Глава 4
Из дневника мальчика Феди, написанного на неизвестном языке
Изучал вопрос менталистов. Результаты не понравились. Ментальный дар — штука опасная. Похуже всяких устройств и психотропных препаратов из прошлой жизни. Могут влиять на эмоции. Могут стирать или подправлять память. Могут внушить что-нибудь эдакое.
Ещё одна плохая новость. Как я сумел понять, базовый уровень ментального воздействия практически невозможно отразить. Воздействие менталиста на этом уровне настолько слабое, что не требует плетений. А значит, любая защита такое незначительное воздействие проигнорирует.
А ведь это влияние может привести к жутким последствиям. К примеру, сколько раз за свою жизнь человек оказывается в подавленном состоянии? Мне кажется, часто. Друзья или родные предали, жена ушла, близкий человек умер. Человек в такой ситуации и без того на грани срыва.
А тут менталист возьми, да усиль негативные чувства. Причём аккурат, когда человек по мосту над рекой топает. И что будет? Может случиться, что человек после такого репу почешет, через перила перелезет, ну и сиганёт с моста вниз. И для всех это будет самоубийством, а по факту ведь убийство. Вот только доказательств нет. Настолько поверхностное воздействие не оставляет следов.