— Всего хорошего, сударь Тенебровов! — не скрывая улыбки, пожелал я безопаснику.
После чего, насвистывая военный марш, вернулся в спальню и погасил плетение света.
Безопасник ещё что-то говорил мне вслед, но я не прислушивался. Кажется, мне угрожали, меня стращали, меня пытались уломать на какие-то условия… Однако всё это было неважно. Я собирался хорошенько выспаться, пользуясь внеплановым отдыхом в этой гостинице с сервисом «две звезды».
В течение следующих суток стало понятно, что руководство «точки 101» решило идти до победного конца. Ни свет, ни воду так и не дали. Зато, судя по звукам из коридора, количество охранников в коридоре выросло. Это было ожидаемо, но неприятно.
На третий день заточения мы с Авелиной начали составлять план прорыва. Вначале исключительно в общих чертах. Исходили мы из того, что наши покои окружены не только щитом родового артефакта, но и защитой, которую установили местные.
Особо сильных двусердых в «точке 101» не было, по моим сведениям. А значит, можно было рассчитывать, что и защита на наших покоях стоит не самая мощная. Скорее всего, местные уделили больше внимания щиту от Тёмы, чем от входящего урона.
А, между тем, у меня оставался «пушок» и куча патронов к нему. Охрана побоялась отбирать у меня личное оружие в первый день. А зря, очень зря. У меня ведь имелись пули с сердечником из хладного железа. А ещё артефактные патроны на подрыв, заморозку и пробитие. В общем, было, чем повыбивать щиты местных умельцев.
Главное — добраться до своей дружины. Тогда и расклад сил резко поменяется. Одно дело — запереть двоих дворян в покоях. А совсем другое — скрыть массовую перестрелку в научном предприятии.
Я был уверен, что стоит прорваться подальше, и Тёма вновь сможет перемещаться по всему подземному городку. А значит, быстро найдёт, где содержат моих людей. И цесаревну с Арсением оперативно обнаружит.
Ну а что перегрызёт горло паре десятков человек… Так это они сами виноваты. Не нужно было лишать котика доступа к свежей проточной воде и кустикам для туалета.
Так что шансы у нас имелись. Но спешить я не хотел. Предсказать реакцию местных одуревших начальников было сложно. Даже с учётом жизненного опыта Андрея. Наш прорыв мог спровоцировать противников на ещё большие глупости. И ладно если эти глупости дорого обойдутся им самим… Но вот за Авелину и своих людей я действительно переживал.
В любом случае, слишком торопиться смысла не было. Тем более, мы с женой нашли, чем заняться. Учебных материалов был прихвачен в поход целый мешок. И теперь мы пользовались спокойными днями, чтобы нормально позаниматься. Режим экономии сил нарушали только иногда. И только с определённой целью. Всё же взаимная близость и молодость требовали разрядки. И отказываться от плюсов возникшего уединения было бы глупо.
В остальное время мы учились, спали, лежали, слушали музыку, смотрели фильмы на цере… И старались не думать о том, что будет, когда приборы сядут окончательно. К этому времени я надеялся выбраться тем или иным способом.
Я уже понимал, что Сашу каким-то образом умудряются держать в неведении. А ещё как-то обманывают наших дружинников. Как? Ну либо потрясающая изворотливость, либо, опять же, без менталиста не обошлось.
А ещё очень напрягало, что безопасников рядом с покоями становилось всё больше. Это было несложно определить, если подслушать, что происходит снаружи, из санузла. Я, кстати, перепроверил его на наличие камер, нашёл одну — и на том успокоился. Хотя, может, и не стоило успокаиваться, если за мной и Авелиной, оказывается, поначалу и в туалете следили?
Так или иначе, из уголка за стеной, где проходили трубы, было слышно, что происходит снаружи. Особенно, если использовать приставленный к стене стакан. И я точно знал, что у нашей двери охраны становится только больше. Причём тенденция наметилась не тогда, когда я угрожал Тенебровову, а позже.
А значит, служба безопасности пришла к тому же выводу, что и мы: надо прорываться. И всерьёз рассматривала вариант штурма покоев. Правда, я сомневался, что их, в отличие от нас, ждёт успех. Да и слишком шумно выйдет. Однако учитывать эту вероятность стоило.
Ну а мы с женой прорываться решили на седьмой день заключения. С Тёмой не советовались: он, похоже, готов был идти на прорыв ещё вчера. Нужно было только придумать, как взломать запертую дверь… Но мы же двусердые! Многое можем, если хорошо подготовимся.
А у нас были силы, желание, куча учебников за второй год обучения… Ну и ещё у жены закончились мятные леденцы, а брикеты сухпайка тоже подходили к концу.