— В газете? — усмехнулся Папоротников.
— Фамилия известная же!.. — Енот возвёл глаза к небу и даже пальцем по голове постучал. — Забыл… Вот прямо совсем, с концами, забыл…
— А чего дворянину с отрядом надо-то было? — напомнил Бубен.
— Да они какое-то место искали, связанное с космосом! — пояснил Енот. — Я же говорю, фамилия известная у него, хоть и странная… Поляцкая, что ли?
— Это в каком году-то было? — прищурился из-за воротника Папоротников.
— Да кто же упомнит… В вырезке даты не было, — ответил Енот. — Венглинский?.. Нет…
— Вержбицкий? — предложил Бубен. — Верцеховский?
— Нет, не на «в». Говорю же, странная, жуть просто! — и тут лицо разведчика озарилось улыбкой. — Вспомнил!.. Цо-е-ковский!
Ответил ему дуэт из рёва опричника и сотрудника ПУПа:
— Замолчи!
— Рот закрой!
От неожиданности бедняга-разведчик мало того, что поперхнулся чаем, так ещё и чашку выронил, забрызгав всё вокруг.
— Да вы чего, ваши благородия? — ошарашенно спросил он, прокашлявшись, пока я переводил удивлённый взгляд с одного слуги государева на другого.
А Бубен в этот момент как раз переглядывался с Папоротниковым. Наконец, ПУПовец приглашающе махнул рукой, видимо, уступая опричнику право объяснять. Тяжело вздохнув, Бубен начал с того, что нагнулся к земле, поднял кружку Енота и заново налил горячий чай.
После чего с кряхтением человека, которому лень вставать с места, передал разведчику.
— Вообще-то… Сейчас уже и не знаю, можно ли об этом рассказывать… — признался он. — Исследовательский поход Цоековского закончился неудачей. Весь отряд целиком тогда не вернулся.
— Как это не вернулся? — удивился Енот. — Мой дед и двое его приятелей точно вернулись… Они дальше на восток подземными газами потравились. Лето выдалось тёплое, даже Молгонзейское море оттаяло. Вот они и попали в низинку, где эти газы скопились. Дело ближе к Плоскоглавым горам было. Деда с приятелями оставили во времянке отлёживаться. Ну а дворянин с отрядом дальше пошёл…
— Плоскоглавые горы — это где? — не понял Бубен.
— Это мы так прозвали… Горы с плоскими вершинами. В северной части Сердцесибирского нагорья, — пояснил Енот.
— А-а-а… А чего дворянин искал, знаешь? — деловито сдвинув брови, спросил Бубен.
— Да что-то немного дед рассказывал… — с опаской поглядывая на опричника с ПУПовцем, признался Енот.
— Вот и молчи тогда! — выразительно посмотрел на него Папоротников. — И не надо вспоминать, чего они там искали. А как вернёмся на «точку 101», я с тебя ещё подписку возьму.
Род Цоековского в этом мире был неплохо известен — даже я сумел кое-что вспомнить. Возник он ещё на заре борьбы с Тьмой, и основал его выходец из простых крестьян. После чего Цоековские годами отражали набеги отродий на землях балтийских пруссов. Именно они, кстати, были составителями первых «бестиариев» по отродьям.
Цоековские не только убивали чудовищ, но и препарировали их тела. Искали слабые места, определяли виды животных, от которых произошло то или иное отродье. Труд одного из Цоековских «Сердце Тьмы» до сих пор стоял почти в любой библиотеке, пусть и ближе к секции сказок.
По большей части, в нём содержались измышления, что такое Тьма. Естественно, с точки зрения людей тех стародавних времён. Измышления подкрепляла сказка о том, как основатель рода решился на смелый поход на север. Не один, естественно, а в дружине одного из поморских князей. Дело было давнее, впрочем — и на момент написания «Сердца Тьмы» тоже. И в эту сказку, естественно, никто сильно не верил.
Кроме, видимо, наследников рода Цоековских.
А глядя, как насупились люди, имевшие допуск в закрытые архивы, я засомневался, что сказка была лишь сказкой. Возможно, в «Сердце Тьмы» было спрятано что-то важное…
Но я не стал выдавать интереса, только удивился, чтобы это выглядело натурально. Зато с укором посмотрел на Бубна и Папоротникова:
— Хватит стращать Енота! — попросил я. — Ваши тайны здесь никому не сдались. А чего ты, кстати, начал вспоминать деда и его поход?
Вопрос был задан невинным тоном. Однако ответ Енота был мне очень важен. А ещё важно было, чтобы Бубен и Папоротников не успели заткнуть разведчика. И мне удалось. Енот ответил, а оба царёвых человека не успели помешать.
— Да у нас просто путь совпадает с тем, что дед описывал! След ведёт прямо вот туда же! — пояснил Енот.
— И что там могло грекам понадобиться? — с недоумением покачал я головой. — Им бы к югу дальше выбираться…
— Отсюда на юг — это уже выход в Черноземские владения! — просветил меня Папоротников. — Ромеи на каждое княжество ставят своего главного скрытня. А если Никодим не соврал, Ливелию сейчас лучше на чужих угодьях не появляться. Его там ждут не с распростёртыми объятиями.