Только и сам Кигвин волю имел. И её не отнять было, лишь обездвижив тело телекинезом:
— Помощь собратьям уже считается преступлением! Так ли было во времена наших славных предков? Нет, теперь взаимопомощь, которой славились мятежные Тёмные, это порок… Зато эксплуатирование своих сограждан, отношение к ним как к вещи — высшее благородство! А что до тебя, Аксур, тебе не надоело говорить за Алиандру, как будто у неё нет своего голоса? А сама Алиандра настолько ленива, что даже пасть раскрыть не в состоянии?
— Война с кракалевнами и навами завершилась, — то ли Аксур высказывал уже собственное мнение, то ли его продолжала использовать его госпожа, но крошечный дракон продолжил говорить, — но нам по-прежнему нужны души для подпитки магии. И чем больше — тем лучше. Потому мы рады, что ты совершил преступление и святотатство.
Энергетика Алиандры больше не держала Кигвина лишь снаружи. Она проникла и внутрь его ауры. Поглощая её и перебарывая, оставляя лишь послушную марионетку во власти одной из варисамов.
Потеряв всякий интерес к завоёванному телу и сознанию, Алиандра отвернулась к приборам своей лаборатории инженерии душ. Перед крылатой на полу были расставлены книги с формулами воздействующих на сознание кодов, многоконтурные механизмы, выполнявшие роль магических линз при инструктировании души, вещества для выращивания заточающих разум кристаллов — всё необходимое для превращения слишком упрямого дракона в послушный и мощный вычислительно-исполнительный аппарат, не требующий концентрации владельца для правильной и бесперебойной работы.
Труды мага-душенастройщика прервал тревожный сигнал, крайне неприятный для уха дракона — пронзительный скрежет стекла о керамику. Шерсть на прижавшей уши к голове Алиандре вздыбилась. Она взяла в лапы прозрачный шар, показавший в себе нарушителей границы города. Кто сегодня решил сдать себя на запчасти для артефактов?..
— Р-р-а-а… — Алиандра не выдержала довольного рыка, Аксур вслед за ней улыбнулся и поднял уши:
— Беглянка! Пропавшие рабы! Да ещё и убийцы Эрекцара! Если бы отец пережил горе, он бы выплатил щедрый выкуп… Но и мать с ним справится. Моей волей за уплаченную мне энергию ей достанутся только бездушные тела их всех!
Со злорадным смехом Алиандра рысцой пробежала по пандусу к люку на крышу, следом за ней пролетел на тонких крыльях Аксур и протопал механической походкой Кигвин — он со своей серьёзной мускулатурой станет неплохим подспорьем в непростом деле обороны границы города Тёмных от отребья.
Люк с щелчком открылся, и на морду Алиандры тут же заморосил дождь. Самка поморщилась и поставила щит вокруг себя, пропуская наружу раба своего сознания, на него она тратить магию уже не стала. Стена воды снаружи больше походила на сырой и шумный туман, скрадывая все черты местности за дюжину размахов от наблюдателя. Алиандра больше полагалась на собственное зрение аур, размытое из-за множества преломляющих энергию капель воды в атмосфере, но всё же более чёткое при данных условиях. Да, определённо Алиандра вышла в неуютную погоду не зря. Сброд агрессивных, судя по аурам, разбойников будет гораздо лучше жить в предмете, без нужды поглощать пищу, отнимаемую у законных владельцев. Да и энергией их будут снабжать добровольно… лишь бы функционировали.
Алиандра направила своё новоприобретённое тело, раньше принадлежавшее дурному лекарю, в обход перебежчиков. Аксур был послан повыше, где дождь скрывал меленькую фигурку, пригасившую своё сияние, чтоб не попасть на глаза предстоящих жертв. Сама Алиандра, заперев люк, скрылась за зубчатым парапетом, предоставлявшем укрытие от боевой и следящей магии. На миг все застыли неподвижно, только Кигвин тихо крался к добыче. Хотя именно ему и представляло отвлечь на себя внимание, пока настоящие охотники разразятся смертельными заклятиями.
Но группка преступников оказалась наблюдательней и организованней, чем Алиандра рассчитывала.
Зорат среагировал на напрыгнувшего Кигвина сразу, просто вовремя выставив меч — тогда, когда уже нельзя было погасить инерцию прыжка, и тело, потерявшее управление Алиандрой, обречённо нанизалось на лезвие. Карша, шедшая подле, вздрогнула, успев заметить в ещё живых глазах Кигвина испуг и нежелание нападать — остатки его собственной души, уже не подвластной своей скрытой владелице. Но вскоре всем стало не до эмоций и раздумий, потому что начался сущий Хаос.