— Вроде бы навы уже были изгнаны или уничтожены… — самка устало наклонила голову, Агнар же, жалея, что у него не было ещё девятицы для «психологической обработки», застучал кисточкой по полу:
— Не все. Не притворяйся! Я знаю, что Тьма обратилась и к тебе тоже!
Самка плечом оттолкнула Алгамира и упёрлась лапами об стол. Это было последним движением ещё жившей в ней воли — всё это время внимательно наблюдавший за самкой Агнар замечал и дрожь её задних лап, подгибающихся от усталости, и потухший взгляд, и иные признаки, указывающие на то, что они с Алгамиром всё же добились своего. Если им и не удалось сломать Радину, то, по крайней мере, получилось надломить.
— Ну, обратилась, — негромко подтвердила она, нервно облизнувшись. — Неужели ты считаешь, что я стану помогать тебе только из-за того, что ты пару дней продержал меня в железе?
— Ты продержала меня в железе и ремнях, — парировал Агнар, дёргая Радину за цепи, чтобы пододвинуть её морду к своей. — Однако, я забочусь о твоей трижды никому не нужной душе.
— Прозвучало слишком напыщенно, — тихо прокомментировала Радина, глядя своими красными глазами в глаза Агнара, ответствовавшего тем же тоном:
— Согласен, красочная речь тебя не стоила.
Радина поморщилась, отводя свою морду назад, а Агнар продолжал, отпуская её:
— Твои покровители мертвы или бежали, как ты правильно заметила. Теперь тебе послан шанс исправить свои ошибки.
— Откуда тебе это знать⁈ — неожиданно вскинулась белошёрстная. — Навы сделали для меня больше, чем Инанна!
— А она и не обязана была ничего делать для тебя. Тёмные, — Агнар сел обратно, успокаиваясь и расслабляясь, — свободны не только в своих действиях, но и в решении своих проблем. Можно падать в глубокую пропасть целую вечность, а можно расправить крылья и целую вечность лететь вверх. Вопрос лишь в том, что ты желаешь достигнуть — вырваться на свободу или переломать себе кости о дно.
— Как вы тогда можете следовать Тьме, — Радина непонимающе развела ушами, — если однажды она может повелеть что-то против вашей воли?
— Возможно, — кивнул Агнар, опирая о столешницу локти передних. — Но пока и мне, и ей, и тебе хочется выжить.
Самка медленно опустилась за стол, ловко обвив хвостом табурет и пододвинув его под себя. Несколько секунд она продолжала молчать, а затем заговорила ровным и спокойным голосом. Но не о себе:
— Нам сейчас будет противостоять только один из многих повелителей Хаоса, но зато едва ли не самый могущественный и древний. Другие навы называли его Отмирвалом, Отверженным, Тьмой из Глубин. Он решил, что на суше не сможет действовать свободно, и постарался подчинить своей воле тех, кто живёт в воде и под водой. Не знаю, нашёл ли он себе слуг, но точно известно, что недавнее поражение навов пробудило его ото сна. Теперь он может явить миру всё своё величие.
Алгамира смутили нотки благоговения в голосе Радины, но Агнар остался невозмутим: после всех непокорных речей и жестов он ожидал подобного.
— Пожалуй, нужно нам его величие чуть принизить, — сказал он, обеспокоенно постукивая когтями по столу. — Ты пойдёшь с нами?
— Разве у меня есть выбор? — спросила Радина и подняла скованные лапы, показывая цепь. Красные брови самца чуть выгнулись.
— Выбор есть всегда, ведь теперь ты Тёмная.
Радина ничего не ответила на это. Тогда Агнар поднялся с места:
— Всё решено. Ты отправишься с нами и поможешь расправиться с этим Отмирвалом, как бы силён он ни был. Алгамир, освободи ей лапы от цепей, но оставив сами оковы — они усмирят её волю, магию… и тягу к навам.
Радина что-то прорычала, но ей хватило ума не пререкаться. Чешуйчатый же быстро кивнул, приступая за выполнение поручения:
— Понял. А что нам взять с собой, господин? Собрать еду, оружие на длительный поход?
— Ничего не надо, мы отправимся прямиком в Язар, — ответил синешёрстный, клацая копытом по полу. — На корабле, согласно распоряжению Инанны, нас будет ждать всё, что нужно, включая команду. Разве что… ты принёс, м-м-м, то, о чём мы с тобой говорили?
— Оно ждёт вас в вашей комнате, господин, — зелёный дракон сворачивал отсоединённые цепи.
Агнар ещё раз посмотрел на Радину, желая убедиться, что Алгамиру и вправду нечего опасаться, после чего решился и оставил ученика наедине с морально побеждённым врагом. Впрочем, спешка, с которой Агнар ушёл в комнату, говорила о взволнованности дракона — поднимаясь по лестнице, он даже перешёл на все четыре лапы, отбивая копытами и когтями барабанную дробь. Войдя в комнату, Агнар сразу увидел то, что искал — на столе у окна лежала чёрная раздвижная трость с изысканной рукоятью, украшенной набалдашником в виде красной сферы с выемками для когтей.