Однако Светлая осталась рядом с ним.
— Если бы из-за раненного крыла Тёмные прощались бы с каждым своим собратом, то их раса давно бы вымерла, — она взглянула на повреждение. — У нас есть ещё время, а некоторые из нас обладают навыками в технике, так что зачем взрывать верный аппарат вместо того, чтобы попробовать его излечить?
Если Нирна считала наивными людей, то Авлар улыбнулся простодушию драконов:
— Мы сможем ещё сделать. Всё равно у вас нет необходимого металла, необходимых станков, чтобы зарастить такие дыры, которые вы смогли пробить своей не такой уж и слабой праной. Но раз среди вас есть техники, вы бы сделали нашу расу чуть менее уникальной, выучившись производить такие же. Хотя зачем вам — вы и так способны летать…
— К сожалению, многие драконы теперь бояться летать, — вставила Абенасешти — проводник из хаосистов Махаара, взятый в отряд нашаран. — Небеса стали для нас не менее опасны, чем земля, после того, как навы обрушили на нас всю свою мощь. Такие машины помогли бы нам выдерживать натиск наших врагов и отражать атаки любых сил, что они вздумали бы обрушить на нас. Возможно, при сотрудничестве с вами мы бы получили шанс не просто обороняться, а наступать на тех, кто угрожает нашей… Мирной жизни.
— В нави они не летают… — Вардей так и задержался на входе в аппарат. — Поэтому в нападении на них они бесполезны, только в защите. Или у вас есть иные враги?
— Кто из вас техник? — Арвера прямо обратилась к драконам. — Я покажу ему, в чём наша проблема, и объясню понятными ему словами.
Формально велнарка не сотворила ничего запретного, ведь база так и не дала указаний, уничтожить ли аппарат или начинать ремонт — сейчас у штаба появилось множество других забот. Но порою людям казалось, что их мохнатая соотечественница симпатизирует неизвестным драконам больше, чем нужно. Тем не менее, перечить было уже поздно, да и драконы не собирались покидать радиус поражения взрывателя.
— Я техник, — к велнарке тем временем подошёл Раяр, который хотел уже приложить к сердцу крыло, остановил свойственный драконам жест и повторил жест велнарки — протянул ей лапу, вызвав у неё смешок, когда она дотронулась своей лапой до его.
Люди давно победили навов и имели полное право глумиться над ними. Именно победе над жестокими пришельцами, которых не смогли одолеть даже учителя-драконы, и был посвящён маскарад на Бубугавай — «конец страха». Люди наряжались в затейливые костюмы чудовищ, ставших из уродливых смешными, велнары раскрашивали шерсть в яркие узоры безумных цветов, схожих с первоматерией. Никто из жителей Лонаввара, столицы Базал-Турата, ещё не знал, что мирное время окончилось, хотя многие роптали на то, что еда и напитки не раздавались бесплатно, как в былое время. Но гулянья и танцы под музыку неумолимо захватывали каждую улицу; каждый высокий и величавый дом с арками и кариатидами приукрашивался к торжеству, и многие собирались поглазеть на затейников, радовавших глаз искусством «магии ловкости» и остроумными сценками.
Среди всей разношёрстной толпы участников особо выделялся высокий коричневый велнар, чья шкура была украшена синими, красными, зелёными полосами, а от глаз расходились жёлтые круги. Он резкими, но при этом всё же притягательными движениями перемещался по площади, лавируя между людей и других велнаров, улыбался и постепенно завоевал всеобщее внимание.
— Возрадуйтесь, граждане Базал-Турата! Пейте и веселитесь по воле диктатора, да переживёт он всех вас! — нараспев проговорил он, поднимая золотую чашу с вином над головой. — Надо ли думать о завтра, когда заболит голова, у кого она ещё останется к тому времени? Сегодня вы сами — навы!
— Да, но это не значит, что мы станем и внутри такими же, как снаружи? — человек в первом ряду снял с головы громадную копну блестящего парика, обнажив собственные соломенные волосы. — Люди умеют защищаться, но нападать нам не нужно, мы же не пожиратели миров!
— И не пожиратели душ драконы! — дунув на чашу, мохнатый шут сотворил из поднявшейся воды фигуру рыжей крылатой, а потом её выпил. — Кто не любит надавать тумаков от пьяной крови? Да и вино стоит кровавых денег! Прости, кровных! Лучше выбить их очевидного врага, чьи предки травили нам жизнь в прошлом веке — они же не успокоятся! Кто захочет перестать быть богом, однажды попробовав?
— Только тот, кто знает, что входит в обязанности бога, — заметил человек. — В словах твоих есть доля истины, но чем больше льётся воды, тем скорее плодородный луг станет зловонным болотом. За столько лет — и не без помощи даров драконов, оставленных для предков наших — мы изменились, так с чего же ты взял, что сами драконы не изменятся? Или ты сам когда-то был богом, раз судишь об их доле?