— Что же, играйтесь, пока взрослые работают, — Арма вздохнула первой.
— Возраст и взрослость это разное, — Варлад возразил ей. — В любом случае, я не контролирую всё подряд, зная о том, о чём ты говоришь, Нажар. Если бы я повелевал всем и мне нельзя было возразить, меня бы возненавидели. Но я люблю Тёмных, оттого не желаю им смерти ни от навов, ни от других рас. Если Инанна желает того же, что и я, она не может вести союз с этими коварными народами, как она вознамерилась. Почему, посылая убивать Отмирвала, Инанна попустила вернуться в полную силу Кьлеменетоту? Не веришь мне — можешь спросить у неё самой… Уверен ли ты, что если Инанна любит Нашар, она любит Тёмных?
— Я верю в это так же, как и в то, что ты ошибаешься насчёт Инанны, — ответил Нажар. — Нет и не будет лучшего правителя для Нашара, пока стоит мир. И дело не в её мировоззрении или силе. Она обладает волей, которую никому не удастся сломить или подчинить. Эта воля не выбирает между Светом и Тьмой — она ищет путь на то, чтобы привести свой народ к благополучию.
— Для драконов благополучие — во мне, — изрекла Намира. — Предательство Инанны будет дорого ей стоить, если она решится на него.
— Она решится, если это пойдёт на пользу Нашару. Она и так уже пожертвовала для него всем.
— Значит, ей предстоит пожертвовать и самой собой. Как и мне. Вас создала я, а не Инанна. Если воля Инанны в том, чтобы помогать мне строить вам дома, отбиваться от навов, собирать души — пускай это делает. Но миром владеет не его правитель, а его создатель.
— Ты даже не знаешь, что такое этот мир, — вторила Намире Арма. — Погляди вокруг! Это Тень. А что это за Тень? Тень чего? Ответ — это Нашар вторичен, а Тень первична. Так же, как я первична всем вашим умам. Поэтому это не Тень Нашара, это у вас — Нашар Тени. Но даже Тень — ещё не я, не Тьма, а только её преддверие.
— Вселенная везде, — продолжила Намира. — Значит, кроме вселенной нет ничего. И всё существующее — вселенная. И ты, и все драконы, и даже навы, хотя они пытаются это отрицать. Но есть нечто за пределами как вселенной, так и вашего понимания. Это и есть я, Тьма. Ты думаешь, что ты лучше знаешь, что нужно Нашару? Думаешь, если бы твоё сознание размазали по всей вселенной, ты смог бы ею управлять лучше? Ты не видишь всей картины, но что-то требуешь и что-то спрашиваешь. Ты даже не знаешь, что спрашивать, но если бы ты задал всего лишь один правильный вопрос — то получил бы ответ на все остальные.
— Почему я создала мир? — Арма сама его высказала.
Нажар слегка развернул Разидуш и посмотрел на его лезвие.
— Мне этот вопрос не интересен. Я не пророк, не учитель и уж тем более не волх. Я всего лишь воин, и мне этого хватает, — он взглянул на Воплощения. — Мне не интересно то, что находится за пределами этого мира, потому что мне хватает и его. А если это место, — он обвёл клинком вокруг себя, — и вправду преддверие ко Тьме, то позвольте мне осмотреть его самому. Я думаю, что если опишу Инанне то, что ей неизвестно, мне будет легче вернуть её под власть Тьмы.
— Воин, который не исполняет приказы… — Александр поиграл ушами, но первым отлетел. А за ним последовали и остальные, кроме Нажара, что опустился на пепельную землю, глядя на руну в лапе:
— Всё правильно. Их называют пиратами…
Теневое море показалось Нажару куда менее приветливым и зовущим, чем Вейндал. Не вода, а некая чёрная маслянистая жидкость, в которой перегнивали густой массой множество отдельных конечностей. Моряку чудилось, будто все трупы, что он видел скинутыми в море за все свои рейсы, разом прибило течением на пляж с пеплом вместо песка. Тьма будто корила пирата за то, что он вначале рубил сородичей по приказу взбалмошной сар-волод, а потом — по собственной воле.
Кривая башня, что стояла на утёсе не так далеко от берега, давно бы рухнула, будь применимы к Тени обыкновенные законы физики — настолько искорёженной и потресканной она воспринималась. Но это было первое здание, что Нажар обнаружил в этом мрачном измерении.
Неся в своей душе развполощённый ключ к возвращению домой, дракон, придерживая меч под протезированным крылом, осторожно двинулся вперёд. Хотя живых существ за исключением Воплощений ему пока не встречалось, чутьё подсказывало дракону быть настороже. Мало ли, что скрывается в этом странном измерении. Он и сам не знал, почему не покидает его. Природное любопытство? Нажар не был ему привержен. Но верность Инанне, принявшей разгульного капитана под своё крыло, подталкивала его изучить этот мир. Он мало знал о военных планах Инанны касательно земли, но кое-что ему было известно. А потому дракон счёл своим долгом сообщить Инанне о том, что находится в измерении Тьмы — не самого верного её союзника.