– Ты будешь принимать душ? – поинтересовалась с улыбкой Рита.
– Честно говоря, я слишком устала и у меня просто нет сил, – Надин лукавила, не желая, чтобы сюда снова ворвался Питер и безнаказанно пялился на нее, пока она будет заниматься личной гигиеной.
– Как знаешь, – она безразлично пожала плечами, продолжая вытирать волосы полотенцем.
Когда они вошли в отсек, где располагались капсулы, Чен и Питер уже спали. Амина о чем-то тихонько переговаривались с капитаном, но их голоса тотчас смолкли, едва вошли Рита и Надин. Никто не придал этому особого значения, но Надин невольно насторожилась.
Надин заняла место между Ритой и Аминой. Теперь Рита оказалась всех ближе к стенке, а Амина соседствовала с капитаном Ризом, который молча смотрел в потолок на горящие слабым голубоватым светом продолговатые лампы.
– А их можно выключить или уменьшить свет? – капризно попросила Рита.
– Пожалуй, – капитан поднялся со своего ложа и уменьшил яркость света до минимума и теперь люди могли видеть лишь темные силуэты друг друга.
Спать в самодельной спальной капсуле оказалось совершенно неудобно, хотя ложе получилось мягким, но в нем невозможно было повернуться на бок и оставалось возможность лежать только на спине.
– Как твоя голова? – слева зашептала Амина, поняв, что Надин не спит.
– Все хорошо, – Надин не могла отвести взгляд от крохотного огонька на потолке, напоминавшего ей домашний ночник у ее постели.
– Тебе надо поспать, – уговаривала ее врач.
– А как насчет вас?
– О, я давно привыкла к бессонным ночам, тем более, что во снах ко мне постоянно приходят призраки, – из уст Амины это звучало не так жутко, скорее, как печальная констатация факта.
– Мертвецы?
– Тех, кого я не смогла спасти, – наверно Амина кивнула, но Надин не могла видеть этого в темноте. Всего за несколько часов девушка так к ней привязалась, что готова была доверить свою жизнь. – Стоит мне впасть в забытье как перед глазами они встают как живые. Но просыпаешься, и волна горя снова накрывает меня, когда приходит осознание, что это всего лишь сон и никого из них давно нет в живых.
– Это звучит грустно, – Надин хотела выразить сочувствие своей новой подруге, но сама никогда не переживала ничего подобного. Ее мама и папа были живы и проживи в соседнем городе, а дедушки и бабушки умерли, когда она была еще совсем крохой.
– Знаешь, если бы не этот полет, я уверена, что свела бы счеты с жизнью, – вдруг разоткровенничалась Амина.
– Никто не вправе лишать себя жизни, – самоуверенно заявила Надин и приподнялась на локтях, чтобы взглянуть в лицо собеседнице.
– Ты еще слишком молода, Надин, – Амина горько усмехнулась, радуясь, что сейчас никто не может увидеть в темноте ее изуродованного лица. – Прости, что отвлекаю тебя своими невеселыми мыслями. Спи. Тебе нужен отдых.
– Все нормально, – Надин очень хотелось помочь подруге, избавить ее от страданий, которые та испытывает, но она понимала, что это не в ее власти.
Она закрыла глаза, старясь прислушиваться к своему дыханию – такой способ всегда позволял быстро заснуть, сработал он и в этот раз. Уже через десять минут Надин безмятежно спала.
Питер беспокойно вертелся в своей постели, чуть не свалившись на пол. Рита умудрилась заснуть на правом боку и сейчас из ее рта вытекала струйка слюны. Чен оказался меньше всех ростом, он удобно расположился на своем ложе и спал безмятежно, устав за последние сутки. Не спали только двое – капитан Риз и Амина.
Стоило Амине смежить веки как перед ее взором предстал последний бой. Она, раненая осколком мины в левую руку и лицо, пытается перевязать солдата, которому взрывом оторвало ногу. Кровь фонтаном хлещет из раны. Амина пытается наложить жгут, но рука ее не слушается. Вокруг гремит шум боя, пули свистят над головой, убитые валятся рядом с ней один за другим, а она остервенело продолжает тащить раненого в тыл. Вскоре она понимает, что среди мертвецов живой осталась только она и этот несчастный солдат, давно потерявший сознание и считающий, что уже умер. А в ее сторону уже бегут вражеские солдаты с горящими глазами. И она знает, чтобы не попасть в плен, нужно всего лишь выдернуть предохранительное кольцо гранаты.
Амина долго металась в горячке, но вскоре тоже забылась тяжелым сном. Капитан Риз дождался пока все уснут и некоторое время слушал ровное дыхание членов экипажа. Когда он понял, что остался единственным бодрствующим человеком на космическом корабле, то покинул свою постель и вернулся на капитанский мостик.
Надин проснулась неожиданно, будто нечто толкнуло ее в бок и заставило мгновенно пробудиться. Она подняла голову, осматриваясь по сторонам, но в полутьме разглядела только четверых членов экипажа, спокойно спавших в своих капсулах. Не было только одного человека – капитана Джонатана Риза.