Зашипев от боли, она подняла глаза и увидела парня, в котором узнала Николаса, внимательно рассматривающего ее. Сразу расхотелось извиняться, тем более, что только она пострадала от этого столкновения. Надо же, грохнуться второй раз за сутки и именно рядом с ним.
Оглядевшись, нашла кружку, валявшуюся недалеко от яблок. Аппетит как-то сразу пропал.
- Извини. - услышала она голос парня. Разглядывая нанесенный урон, она вздохнула.
- Да ничего, надо было смотреть, куда иду. - расстроенно ответила она. Подняла кружку и яблоки с пола. Вместе они зашли на кухню и пока Ники перемывала яблоки, никак не могла отделаться от ощущения, что ее пристально рассматривают. Не удержавшись, она мельком взглянула на парня и заметила его взгляд. Быстро отвернувшись, вооружилась ножом и нарезала фрукты в глубокую тарелку. В полной тишине.
- Сильно обожглась?
- Ничего, пройдет. Потерплю. - Ники бросила взгляд на левую руку,которая пострадала больше всего. Кожа уже начала краснеть, но сейчас эта боль казалась несерьезной.
- Я могу дать мазь от ожогов, болеть не будет. - услышала она.
- Спасибо, но я думаю это лишнее беспокойство.
Она налила себе еще одну кружку чая, взяла тарелку с яблоками и развернувшись к собеседнику, собиралась уйти, когда он открыл шкаф и протянул ей тюбик мази. Пока она думала, какую руку освободить, парень подошел к ней и засунул мазь ей в карман кофты.
Смутившись, она вылетела из кухни и скрылась в своей комнате. Поставив тарелку и кружку на стол, достала мазь и положила ее рядом. Футболка с кофтой промокли, она взглянула на себя в зеркало и чуть не застонала от разочарования. Красное лицо после тренировки, ошпаренные руки и сырая одежда.
Она никогда не отличалась неловкостью, но усталость сделала свое дело. Согревшись в душе, Ники переоделась и достав очередную книгу, устроилась на диване. Из головы не лез Николас. Странный парень. Сегодня он словно решил быть добрым и заботливым, хотя получалось у него не очень.
Промаявшись два часа от скуки, она решилась на вторую вылазку на кухню. Прислушавшись,убедилась что в коридоре никого нет и отправилась за едой. Сделав себе бутерброд, она услышала звук открывающейся двери и обернувшись, увидела его. Закрадывались подозрения, что ее ждали.
- Значит ты Ники - уверенно сказал он, занимая место у двери. Пройти мимо не получится, придется поговорить.
- Да. - ответила она. - А ты Николас.
- Да, извини, странно получилось, не ожидал никого встретить на крыше.
- А что там было? Какое-то внеплановое собрание?
- Нет, с чего ты взяла? - настороженно спросил он.
- Там были люди, все в черном, что-то обсуждали, и да, кажется мелкала фамилия МакКласки. - перечислила ему Ники. - Но извинения я принимаю. - кивнула она, делая себе третий бутерброд по счету и укладывая его рядом с остальными на тарелку.
- Ты все это съешь сама?
- Да. Сейчас еще чай налью и уйду к себе.
- Всегда ешь в комнате?
- Ну.. - Ники растерялась. - Вообще, да. Так удобнее.
Вдруг она заметила его пристальный взгляд на ее левую руку. Да, она же не намазала ожог. Рука все еще была красной, но она не чувствовала боли. По-крайней мере именно этой боли, ведь все ее тело все еще было покрыто синяками от того происшествия.
- Она не сильно болит. - сказала Ники.
- Это не значит, что ее не надо лечить. - спокойно ответил Николас.
- Да, не значит. - Ники не понимала, что происходит, поэтому поспешила уйти к себе. - Приятных снов! - сказала она, выходя из кухни с тарелкой и дымящейся чашкой.
Зайдя к себе, она первым делом намазала руку и почувствовала приятный холод. Поужинав,она достала блокнот и сидя на диване начала вырисовывать схему, которая появилась у нее в голове в последние дни.
3.1
Почти до рассвета Ники раздумывала над тем, что узнала. Очевидно, что Велена где-то совершила ошибку. Не верилось, что бабушка сделала это специально. Скорее всего действовала из лучших побуждений, как и всегда. Ники набросала в тетради список людей и те оговорки, которые слышала. Наверняка ей пытались подсунуть материалы, которые сформировали бы определенную мысль, но достоверность и полноту информации она не могла оценить. Значит, придется думать самой, как из этого выбираться.
Решив оставить размышления на потом, она добралась до кровати и не раздеваясь уснула, чтобы тут же проснуться. Не удержавшись от стона, поняла, что наступило время обеда, а она все еще валялась без сил и желания вставать. С трудом подняв себя, залезла в душ и привела себя в относительный порядок. Переоделась и слегка подкрасила глаза. Разглядывая себя в зеркало она поймала себя на том, что впервые за последние недели решила накраситься.