Варево меж тем подействовало. Боль, железным обручем сдавившая грудь, постепенно начала отступать, и дышать стало легче.
— Кстати, что за веревка у тебя на руке? — спросила Мариэтта. — Когда срезала рубашку, чтобы добраться до раны, попыталась убрать и ее — слишком уж сильно руку перетянула. Но ничего не вышло. Она магическая?
«Срезала рубашку? — Биен откинул одеяло и обнаружил, что торс перетянут белыми полосками ткани, а на руке намотан все тот же проклятущий хомут. — Позже с ним разберусь».
Пока разглядывал перевязь, заметил, что Мариэтта покраснела и отвела взгляд в сторону.
— А раздевать меня вы не смущались, госпожа Гудвил? — спросил он, явно подтрунивая над ней.
— Это другое. Тогда тебя нужно было спасать.
— Другое? А вдруг рана воспалится? Ты же проверишь ее? А еще кажется, что вот тут, на бедре, у меня… — Он потянул завязки брюк, и по лицу неожиданно прилетело мокрой тряпкой, которой до этого девушка вытирала его лоб.
— Ну ты и…
— Эй! — Биен дернулся, но тут же схватился за бок и не сдержал сдавленный стон.
— Больно? Биен, дай посмотрю! — Она тут же позабыла обиды и бросилась к нему проверять рану. — Тебе нужно просто лежать. Не двигайся так резко больше…
Маг перехватил ее руку, вглядываясь в обеспокоенное лицо. Неужели она за него так переживает, и это искренне? В груди разлилось приятное тепло, а рука, что он держал, показалась самой большой драгоценностью в мире.
— Почему ты не ушла? — спросил он, отчаянно желая и боясь услышать ответ.
— Если бы я тебя бросила, ты бы умер. Рана была слишком глубокая, — прошептала девушка. — А когда я поняла, что ты наврал про яд…
— С чего это ты взяла? — напрягся мужчина. — Называешь меня лжецом?
— Ты сказал, что я умру, если выйду за пределы замка. Я вышла, и ничего не случилось. — Мариэтта попыталась вырвать свою руку, но бесполезно.
Биен не хотел ее отпускать. Никогда. Вот бы потянуть ее сейчас на себя и обнять, прижать к себе крепко-крепко. И пусть из-за этого будет больно. Он уже давно усвоил урок: в жизни никогда ничего хорошего без боли не бывает. За свет приходится платить тьмой. За счастье — страданием…
— Ты была со мной, пусть и бессознательным, — уточнил он.
Уже было понятно, что она догадалась, но сдаваться не в его правилах.
— Да, но в лес-то я без тебя ходила.
Глаза расширились
— Ты ходила в лес?
— А где я, по-твоему, взяла травы для лекарств? — вздернула она брови и горделиво улыбнулась, очень довольная собой.
— Так ты сама все это приготовила? Я думал, нашла в моих запасах.
Биен отыскал глазами парящий под потолком сгусток магической энергии, оставленный им же. Мариэтта проследила за его взглядом.
— Даже не подумала об этом. Сначала перевязала тебя прямо у обрыва, потом вспомнила, что видела в лесу целебные травы и деревья, и побежала туда… — смутилась девушка. — Уже когда обратно тебя по мосту тащила на лапнике из леса, вспомнила про яд. Его действие мне сразу странным показалось. И теперь нашлось логичное объяснение: его просто не существует.
Биен приложил указательный палец ей ко лбу.
— Умная госпожа Гудвил. Я поражен. Кто бы мог подумать, что такая изнеженная барышня окажется такой способной.
— Можешь просто сказать спасибо и не язвить?
Она снова попыталась высвободить руку, но Биен резко потянул ее, роняя на себя. На мгновение грудь сдавило болью, но плевать ему сейчас на эту боль. Девушка так близко к нему. Ее большие глаза, веснушки мелкой россыпью вокруг аккуратного носика… Он мог бы сейчас их все пересчитать, но вместо этого выдохнул в распахнутые от удивления губы:
— Спасибо. — А затем прижался к ним, словно умирающий от жажды, дорвавшийся до воды.
Мариэтта застыла. То ли собираясь отпрянуть, то ли борясь с собственными желаниями. Не двигалась. Замерла. И мир кругом тоже замер. Всё потеряло значение, кроме этих губ, таких нежных и…
Она резко встрепенулась, забилась в его объятьях пойманной в силок птицей, но разве теперь он отпустит ее? У нее был шанс сбежать, бросить его умирать. И, наверное, для нее так было бы правильно. Чудовище повержено мечами храброго рыцаря и его приспешников, рыцарь получает прекрасную деву, дева получает свадьбу, о которой мечтала. Все счастливы.