— Значит, придем завтра, — сказал Мстислав, — и завтра же нужно нам с тобой ехать в Чернигов, готовиться к новому походу на половцев. А Василий к нам приедет, когда наберется сил.
— Негоже нам друга бросать, — возразил Матвеев.
— Так, а мы его и не бросим. Он же монах, вот и пусть пока полечится в монастыре. А через пару недель, когда из похода вернемся, тогда и его заберем. Смотри, а что это на площади деется?
На площади перед рынком, куда они пришли, стояла толпа народа разных сословий. Здесь были и ремесленники, и крестьяне, и торговцы и даже несколько дружинников. Они смотрели на крепкого мужчину в одежде кузнеца с черным обручем-очельем на голове, стоявшего на бочках и сотрясающего округу мощным басом:
— Доколе поганые половцы будут разорять наши земли? Ежели дружина княжеская с ними не справилась, то каждый из нас может им силу свою показать. Пущай князь выдаст нам оружие, и мы сможем их прогнать обратно в степь. Верно я говорю, братцы?
— Верно, Славута!
— Еще как верно!
— Ежели не мы сами, то кто защитит наши поля, — поддержала оратора толпа.
Воодушевленный поддержкой народа, кузнец продолжал:
— Нужно отправить к князю ходатаев, вооружиться, немедля выступить в поход разом с черниговскими мужиками и тогда худо придется половцам.
— А ежели не захочет князь слушать волю народа, не даст нам оружия? — спросил кто-то из толпы.
— Ну тогда худо придется князю, — пробасил кузнец, — На то он и поставлен князем над нами, чтобы защищать людей и землю свою.
— Тогда ты и ступай в княжеский терем, Славута — будешь народным ходатаем, вон как у тебя лихо получается, — выдвинул кандидатуру кузнеца какой-то молодой плотник.
— И пойду! Пущай только со мной еще несколько человек из народа к князю пойдет. Он должен выслушать наши справедливые требования.
Сопровождать кузнеца в княжеский терем вызвалось еще пятеро человек. Под одобрительные возгласы народа они пошли на гору.
— Негодует народ киевский. Интересно, знает ли Изяслав Ярославич об этом? — спросил Матвеев у Мстислава.
— Теперь точно узнает, — усмехнулся русич. — Если князь Изяслав вооружит киевлян, да князь Святослав поднимет черниговское ополчение, то тогда мы точно отомстим степнякам за Альту. Ну а сейчас давай купим то, зачем сюда пришли.
На большом подольском торжище можно было купить все, чего бы пожелала душа жителя того времени: русские ремесленники продавали там свои изделия из дерева и железа, персидские купцы торговали роскошными коврами и шелком, булгарские — сталью, византийцы — вином, дорогой одеждой и украшениями. Кроме того, были здесь рыбные ряды, где продавали днепровскую и черноморскую рыбу. Всюду сновали подмастерья пекарей, распродавая бублики, рогалики и ватрушки, лежащие на деревянных лотках.
Путь Мстислава и Сергея лежал на ту часть рынка, где торговали животными. Матвеев глазел по сторонам — со времени своего первого половецкого плена он не видел столько коней, овец и козлов. Но больше всего его внимание привлек огромный бык практически красного цвета. Бык, как огромная гора, ходил по загону и тряс головой с внушительными рогами.
— Дорого, наверное, такой бык стоит, не так ли, Мстислав? — спросил Сергей.
— Да, изрядно. Но это не совсем простой бык — это ведь дикий тур. Таких редко ловят живьем. С одного такого тура вся дружина могла бы попировать. Боюсь, Василий его пока не осилит. А вот эти пташки для него будут в самый раз, — указал Мстислав на старушку, продававшую домашних птиц.
Они купили пару курей, одну — Василию для похлебки, а вторую — себе на ужин и отправились обратно, теперь уже через Угорские ворота, в Печерский монастырь. Их друг поправлялся на глазах — к нему уже вернулся аппетит, и он с огромным удовольствием съел целую миску куриного супа и искренне поблагодарил Сергея и Мстислава.
— Завтра, даст Бог, будем пробовать его поднимать, — сказал отец Агапит. — А пока пусть отдохнет. И вы тоже идите и отдыхайте, умаялись, небось, за целый день.
На следующее утро Мстислав и Сергей снова поехали в Киев, чтобы исполнить поручение князя Глеба. Вместе с ними увязался и Кытан, вдохновленный рассказами Сергея о красоте великокняжеского терема и мечтавший увидеть собственными глазами «шатер великого русского хана». Для маскировки Кытана одели в монашеский плащ с капюшоном.
Стражники у городских ворот узнали Мстислава и не стали задавать вопросы про его таинственного спутника в капюшоне. Выглядели они по непонятной причине какими-то встревоженными. Причину их беспокойства друзья поняли, когда приехали на подольское торжище. Еще вчера переполненное продавцами и покупателями сегодня оно было полупустым. Оставшиесяторговцы сгребали свой товар с прилавков и расходились в разные стороны. Мстислав и Сергей с Кытаном недоуменно переглядывались. Откуда-то издалека доносился неясный гул толпы. Решив разобраться, в чем дело, друзья пошли на шум и по пути встретили старушку, у которой вчера покупали курей.