В Чернигове тмутараканских ратников, не имевших дворов в самом городе, разместили в общинном доме, подобии большой казармы, располагавшейся неподалеку от княжеских хором посередине центральной улицы Княжьего града. Тут путников встретили уже обжившиеся на новом месте Ильдей, передвигающийся теперь с костылем, и молодые лекари Тихомир с Артемием. Не успели друзья сменить запыленную одежду и наговориться со своими товарищами, как их пригласили пред светлые очи князя Святослава.
Войдя в просторную гридницу княжеского терема, удивленный Матвеев вертел головой по сторонам, поражаясь богатому убранству этого просторного зала. На бревенчатых стенах висело добытое в бою скандинавское и половецкое оружие, а также охотничьи трофеи — оленьи рога, волчьи и медвежьи шкуры. Вдоль стен на длинных скамьях сидели одетые в дорогие расшитые кафтаны черниговские бояре и провожали взглядами вошедших, особенно пристально глядя на Кытана. Среди них выделялись ростом и непривычной одеждой несколько варягов, также входивших в княжескую дружину. На высоком троне восседал князь Святослав. По правую и левую руку от князя сидели его сыновья.
Мстислав и его команда, подойдя на расстояние нескольких метров к княжьему трону, низко поклонились князю Святославу. Князь на приветствие ответил коротким кивком и знаком разрешил Мстиславу доложить о происшедшем. Тот, без утайки и даже немного приукрашивая, рассказал об их недавних киевских приключениях.
— Не сумел я на сей раз выполнить твое поручение, княже, — заканчивая свой доклад, обратился Мстислав к Глебу, сидящему по правую руку от отца. — Бежать нам пришлось из стольного града Киева, где теперь смута поселилась.
— В том нет твоей вины. Значит, такова Божья воля, — вздохнув, ответил Глеб Святославич.
— А что с братом моим, Изяславом Ярославичем, ведаете? — строго спросил новоприбывших князь Святослав.
— Не ведаю, княже, жив он аль нет. Ведаю, что княжий двор разграбили дочиста. Одно могу сказать точно — теперь Киевом правит князь Всеслав Чародей.
Это известие заметно раздосадовало Святослава Ярославича. Видно было, как сжались его могучие кулаки, и он беспокойно заерзал на троне.
— Так это он своими чарами на Киев смуту навел, — возмутился кто-то из бояр.
— Надо было сразу сжечь колдуна! — поддержал его другой.
Князь Святослав поморщился.
— Да при чем тут чары и колдовство? Это мой брат своим безрассудством и глупостью своего престола лишился. Не мог выбрать, с кем он — с боярами или с народом. Хотел одним седалищем на двух стульях усидеть, вот и доигрался! Теперь о походе на половцев можно пока забыть, нужно о возвращении Киева думать. Белогор, сегодня же пошли разведчиков в Киев, нужно узнать, сколько у Всеслава воинства и есть ли лазейки в киевских укреплениях.
— Будет исполнено, княже, — сказал, почтительно поклонившись, черниговский воевода.
— Так что придется тебе и твоим тьмутараканцам задержаться в Чернигове, — обратился князь Святослав к Глебу. — Сам видишь, предстоит теперь и с Всеславом и с половцами воевать. Мне теперь каждый гридень нужен. А на Киев будем выступать в ближайшее время, пока Всеслав там не укрепился. Негоже полоцкому лешему править в городе моего отца и деда.
Княжичи Олег и Роман переглянулись и заулыбались в предвкушении скорого похода. Младшие братья Глеба были похожи на него и в то же время отличались — Роман был выше, шире в плечах, и его серые глаза всегда блестели озорным огоньком. Голубоглазый Олег только выглядел спокойным, а на самом деле его бойкий ум частенько был занят придумыванием новых шалостей. Были у Глеба еще два брата, не присутствовавшие на этом собрании — погруженный в молитвы и бывший на божественной службе Давыд и Ярослав, который на тот момент был еще грудным младенцем.
— Мой сын говорил, что ты лекарь, — произнес князь, обратившись к Матвееву.
— Д-да, к-княже, — немного робея, ответил Сергей. Ему еще не приходилось общаться с историческим деятелем масштаба большого княжества. Хотя Глеб тоже был князем, но он был младше Матвеева, да и к тому же они стали почти друзьями, и княжество Тьмутараканское было значительно меньше Черниговского. А князь Святослав был фигурой и помощнее и построже, как минимум, губернатором большой области в нашем понимании. — Мы с товари… с коллега… в общем с друзьями обучались лекарскому ремеслу в Тьмутараканском монастыре у отца Никона.
— Знаю его — священник он толковый, мыслю, многому обучить может. Пока вы здесь, помогайте моим лекарям лечить наших воинов, раненых на Альте.