Со всех сторон дворец был окружен пышными садами. В прохладной тени инжиров, фиников и абрикосов воины дышали свежим морским воздухом и отдыхали после различных манипуляций. Неспешный ритм госпитальной жизни и само великолепие природы помогало им восстановить душевные и физические силы после тягот похода и жарких боев. В редкие часы отдыха лекари тоже прогуливались по дворцовому саду. Это прибавляло им сил и энергии для дальнейшего тяжелого кропотливого труда.
Кроме лечебной работы служители госпиталя занимались также и благотворительностью — одно из подсобных помещений дворца было превращено в трапезную, где кормили всех нищих и обездоленных. Со временем в госпиталь стали стекаться неравнодушные семендерцы. Одни занимались приготовлением еды и кормлением своих раненых родственников и соотечественников, другие стирали и штопали им одежду или наводили порядок в палатах, третьи изготавливали бинты и перевязочный материал. Работа нашлась для всех желающих. И коллектив госпиталя получился дружный, несмотря на то, что это были представители разных народов и разных сословий. Многие впервые ощутили, что значит быть полезным не только для себя и своей семьи, но и для других людей. Хотя по сути, русичи были захватчиками для населения Семендера, но с местными они обходились лучше, чем ставленники кагана — князь Роман не допустил грабежа и погромов в городе, а потому уставшие от грабительских налогов Исхака семендерцы быстро прониклись симпатией к союзной армии и сочувствием к раненым.
Раненых хазарских воинов, поклявшихся больше не поднимать оружие ни против аланов, ни против русичей, лечили тут же. Только их палаты были отделены от палат их бывших противников отдельным входом с вооруженной охраной, ведь клятва клятвой, а неприязнь все же осталась. Нелегко прощать бывших врагов. Хотя некоторые хазарские воины, понимая, что уже никогда не вернутся обратно к кагану, пытались завести дружбу с русичами, аланами и касогами, чтобы в дальнейшем сражаться в их рядах. У многих это получалось — простому солдату всегда легче договориться с другим таким же солдатом, когда над ними не стоит командир. Далеко не все хазары были профессиональными воинами, многие были виноградарями или рыбаками, добровольно-принудительно призванными каганом Исхаком для похода.
После первичной обработки ран при поступлении сестры милосердия заботливо обмывали воинов, подбривали запущенные за время похода бороды, переодевали в чистые холщовые длинные рубахи, запасы которых регулярно пополнялись местными швеями, а затем кормили, если позволяло их состояние. Питанием раненых воинов и сотрудников госпиталя занималась местная девушка Алькраса, что в переводе на русский означало «крапива». Но, в отличие, от этого жгучего растения, девушка окружала раненых теплом и лаской, кормила вкусной свежей едой. После того, как количество раненых стало все возрастать день ото дня, Алькраса организовала и возглавила целую команду поваров, отлично справлявшихся со своей работой. Каспийское море всегда было богато рыбой, а потому, даже при перебоях с доставкой продуктов на столах всегда была жареная и печеная рыба, а также вкуснейшие рыбные пироги, наподобие расстегаев. Привыкшие к простой походной еде воины уплетали за обе щеки кулинарные шедевры Алькрасы и всё нахваливали ее талант, ведь никто не уходил из госпиталя голодным. Потерявшим много крови воинам по рекомендации Матвеева, знакомого с диетпитанием при лечении анемии, для поднятия уровня гемоглобина давали усиленный мясной рацион и поили гранатовым соком, из плодов, выросших в местном саду. Лекарям, их помощницам и сиделкам тоже еды хватало, им не приходилось думать о пропитании, и они могли полноценно сосредоточиться на выполнении своих профессиональных обязанностей.
Старый друг Матвеева Никола тоже оказался очень полезен госпиталю — после исцеления раненой руки он активно включился в госпитальную жизнь. Никола был мастером на все руки (и на здоровую, и на выздоравливающую), как всегда, спокойно и уверенно он чинил буквально всё, что выходило из строя, и даже ремонтировал поврежденные строения. За короткое время парень стал самым настоящим завхозом, и по всем бытовым вопросам можно было обращаться именно к нему. Первым делом он соорудил пару тандырных печей и сделал систему подачи воды из колодца, чем значительно улучшил работу кухонной службы и покорил сердце Алькрасы, которой теперь не нужно было несколько раз в день с ведрами идти за водой.