— Ну, чего уставился? — угрюмо спросил его кузнец.
— Я… это… Леголасу привет передавай, — ошалело сказал Матвеев и быстро пошел прочь, не слушая ворчания кузнеца вдогонку.
В сумерках Сергей добрался до того места, где всего каких-то две недели тому назад Никола закопал припасы в дорогу. Сколько времени прошло с тех пор? И где сейчас его верный друг? Матвеев осмотрел припасы и с удовлетворением отметил, что Никола действительно все качественно запаковал: сухари и вяленое мясо вполне были еще хороши. Теперь они могли пригодиться и нынешним беглецам.
К сожалению Сергея, частью припасов пришлось поделиться с Булой и Куркутэ, которые частенько дожидались Матвеева, даже несмотря на его поздние возвращения, и лезли со своими расспросами. Естественно, он им ничего не рассказывал о своих отношениях с Бике, а в-основном «заливал» про свою службу у шамана, перемежая факты с вымыслом. Вот и теперь мешочек с продуктами не скрылся от жадных взглядов его соседей. Пришлось выдумать, что шаман наградил Серегу едой за хорошую работу. За молчание Куркутэ и Була были угощены парой сухарей и несколькими небольшими кусочками вяленой конины.
Наконец наговорившись с ними, Сергей положил холщевый мешок с припасами под голову и стал ждать с нетерпением завтрашнего судьбоносного утра…
Следующий день тянулся дольше обычного, и Серёга все никак не мог дождаться наступления вечера. Где-то в полдень в юрту Гиргеня заглянул молодой половецкий воин. Поговорив с шаманом, он сделал знак рукой Матвееву, чтобы тот вышел из юрты.
— Приветствую тебя, Сергий. Мое имя Кытан. Меня послала к тебе Бике-хатун. Ты готов отправиться с нами в поход?
— Всегда готов. Сейчас выдвигаемся или как?
— Немного придется подождать. Вот видишь, как раз наша госпожа со своей служанкой отправились на прогулку. Через часок за ними отправимся и мы. Пока что иди к своей веже и жди моего сигнала. Когда услышишь крики, хватай свои вещи и беги к крайней юрте нашей орды. Там мы с тобой и встретимся.
В этот момент на небольшом расстоянии от них по узенькой улочке Шарукани на лошадях проследовали Бике и Гульнара в сопровождении вооруженного воина. Увидев Сергея и Кытана, ханская дочь улыбнулась и кивнула им. По обоим бокам лошади воина висело по мешку. По официальной версии, озвученной Бике стражникам, в них были вещи для прогулки возле реки, которую она хотела устроить вместе со служанкой. Естественно, никто не рискнул досматривать дочь хана Тарха. Один из стражников, правда, попытался в шутку предупредить хатун, напоминая о недавних событиях, чтобы она к воде близко не подходила и была предельно осторожна с незнакомыми лодками, но Бике метнула на него такой гневный взгляд, что шутник быстро заткнулся. Больше Бике с ее свитой никто не задерживал, и она скрылась из глаз Сергея. Подмигнув ему, ушел и Кытан.
Матвеев продолжал работать, жалея, что у него не осталось «Командирских» часов и мысленно отмеряя время. А старик, как нарочно, все нагружал его работой и не давал сосредоточиться. Поэтому, когда спустя немного времени где-то на краю лагеря раздались крики, Сергей сразу не придал им особого значения. Но потом крики стали усиливаться и приближаться. Уже отчетливо различалось грозное слово «пожар». В ту сторону, где располагались юрты хана Осалука, побежали половцы, держащие в руках наполненные водой ведра и бурдюки.
— Что случилось? — спросил у пробегающего кочевника Сергей.
— Пожар! Горят загоны для скота хана Осалука. Хватай ведро и помогай нам поскорее его потушить, пока огонь не перекинулся на соседние юрты, — сказал запыхавшийся половец и побежал бороться со стихией.
Тут до Сереги дошло, что это и был знак, о котором говорил Кытан. Он бодро схватил сумку с припасами и пустое ведро для маскировки и побежал к условленному месту. За время, проведенное в Шарукани, Матвеев уже успел как следует изучить половецкий городок и поэтому для него не составило большого труда быстро оказаться возле той юрты, где его уже ждал Кытан с двумя оседланными конями.
— Садись в седло, русич. Умеешь скакать галопом? — весело спросил его половец.
— А разве у меня есть выбор? — вопросом на вопрос ответил Сергей и, поднапрягшись, залез на коня. Конь косился на незнакомого седока, фыркал и подергивал своей большой головой. — Послушай, Кытан, а он меня не сбросит с седла? — с опаской спросил Серега.