— Это храм Рождества Пресвятой Богородицы, — ответил на его немой вопрос отец Никон. — Именно здесь крестился почти восемьдесят лет назад наш великий князь Владимир. Именно отсюда и начала распространяться по Руси вера христианская.
Русичи остановились возле храма, почтительно сняв шапки и шлемы. Все, кроме половцев, перекрестились и отправились дальше. Но идти им пришлось недолго — всего через каких-то двести шагов они подошли к постоялому двору, где и рассчитывали остановиться на несколько ночей. Номера представляли собой тесные комнатушки, в которых стояло совсем рядом друг с другом по пять-шесть кроватей. Однако после морской качки Матвеев был рад и такому ночлегу. Как оказалось, мест для всех не хватило, и поэтому часть воинов отправилась в другой постоялый двор неподалеку, а остальным пришлось возвращаться ночевать на ладьи.
Но для начала все дружно прошли в таверну «Трезубец Посейдона», что была через дорогу от их постоялого двора, и расселись за столами. Русичей радушно встречал хозяин — низенький толстый грек, который суетливо обслуживал дорогих гостей. Служанки принесли свежеприготовленную рыбу, жареное мясо и вино, и моряки с купцами устроили пир в честь успешного визита в Херсонес. После дальнего похода всем хотелось расслабиться. Воины активно налегали на принесенные яства и обильно запивали их крепким вином из местных виноградников. Вспоминали потерявшуюся ладью капитана Бориса с его командой, все тяготы похода, потом пели походные и веселые песни. Поднимали заздравные чаши за кормчего Буслая, который благополучно провел всех через пороги, за Кытана с Ильдеем — новых половецких друзей русичей. Застолье продолжалось долго — солнце уже успело сесть за горизонт, и столовую освещало лишь пламя камина да зажженные хозяином таверны факелы. К шумному веселью стали присоединяться местные девушки, и спустя какое-то время моряки стали исчезать вместе с ними в окрестных садах.
Матвеев пытался пить наравне со всеми и с непривычки быстро захмелел. Сергею вдруг почему-то вспомнилась Бике, ему стало грустно на душе, и он не захотел проводить ночь в объятиях портовой девки. Да и к тому же, с медицинской точки зрения, это было бы не лучшей идеей — не хватало ему еще подхватить от них какую-нибудь инфекцию в доантибиотиковую эру. Поэтому Матвеев осушил свою кружку до дна, попрощался с друзьями и вышел на ночную улицу. Прохладный морской бриз слегка освежил и протрезвил его. Сергей потянулся и посмотрел по сторонам. Улица освещалась факелом у входа в таверну. Где-то вдалеке играла лютня и слышалась песня на незнакомом языке, лай собак. Возле постоялого двора прохаживались двое ночных стражников, смеривших его взглядами. Они подошли к оборванцу, сидящему возле одного из домов. Один из стражников наклонился к нищему и подал ему мелкую монету. Тот заискивающе заулыбался и начал что-то бегло рассказывать воину.
«Скорее всего, этот оборванец совмещает работу нищего и полицейского соглядатая. Времена проходят, а ничего особо не меняется», подумал, зевая, Сергей и побрел в свою комнату, занял свободную кровать и крепко проспал до утра.
Утром отец Никон взял с собой Матвеева, и они направились на херсонесский рынок. По распоряжению князя Глеба Святославича нужно было купить церковные облачения и богослужебные книги для храма. На рынке продавались товары со всего мира: персидские ковры, китайские шелка, русские меха, местные фрукты и вино, и многое другое. Тут можно было найти все, что могла бы в то время пожелать душа. Они поздоровались с купцом Стояном, плывшим с ними на одной ладье. Он уже с утра пораньше занялся торговлей, ведь у него было всего около недели, чтобы распродать свой товар.
Отец Никон повел Сергея к книжной лавке, находившейся в глубине рынка.
— Нам много есть чему поучиться у ромеев, — сказал священник. — Их держава очень древняя и славится своими выдающимися учеными мужами. А книги хранят мудрость прежних веков, ибо от слов книжных постигаем мудрость и воздержание. Это ведь реки, напояющие вселенную, это источники мудрости неизмеримой глубины. Ибо кто часто читает книги, тот беседует с Богом и святыми мужами. Посему так важно грамоту разуметь и разные языки знать. Ты греческий язык разумеешь?