— Поучительная история, но я все-таки считаю, что честь и благородство превыше хитромудрствования стоят, — ответил молодой князь.
— Ну и дурак, — тихо сказал себе в усы Вышата.
— Ладно, не будем судить моего отца и дядьев. Расскажи лучше, отче, как вы до Тмутаракани добрались? — не услышав реплики боярина, обратился Глеб к священнику.
Отец Никон в подробностях рассказал о приключениях на днепровских порогах, на море и в Херсонесе. Сидящий напротив них за столом Мстислав подтвердил его слова и добавил рассказ про поимку разбойника Бехая. В честь подвигов Кытана и Ильдея было поднято несколько заздравных чаш. Наконец трапеза закончилась, и по приказу князя все разошлись. Половцы пошли вслед за воеводой знакомиться со своим новым жилищем возле конюшен. Убедившись, что никого лишнего в зале не осталось, князь Глеб подозвал к себе отца Никона для разговора по душам. Он бросил беглый взгляд на сидящего рядом со священником Сергея, но отец Никон его успокоил:
— Это мой ученик, мы можем ему доверять. Поведай, княже, что тревожит твою душу. Я же вижу, что внешне ты спокоен, но душа твоя пребывает в смятении.
— Эх, отче, если бы ты лично два года назад не убедил моего батюшку и меня в том, что тмутараканцы меня ждут и что я нужен здесь, я бы никогда не вернулся. Обида у меня на них была за то, что помогли Ростиславу выгнать меня отсюда.
— Я просто знал, что ты здесь на своем месте. Так чего же ты печалишься, аль недоволен тобой тмутараканский люд?
— Все дело в том, — продолжил князь Глеб, — что не могу я положиться на своих бояр. И Вышата Остромирович, и Порей Любославич, да и другие бояре на словах служат мне, а на деле… Каждый из них в свою дуду играет и заботится прежде о себе, нежели о пользе княжества.
— Княже, так всегда было. Не переживай по этому поводу. Еще с допотопных времен многие люди больше заботятся о своем животе, чем о стране.
«И в нашем времени тоже ничего не поменялось с тех пор», — подумал Сергей.
— Даже воевода Горазд исполняет мои приказы, только получив одобрение Вышаты с Пореем. А те толкают меня на войну с аланами, убеждая, что так я покажу всем свою княжескую силу. Я же не хочу рушить мира с ними и вообще я против бессмысленного кровопролития.
— А какая корысть у Вышаты в этой войне?
— Он торгует конями и конской упряжью. А его друг Порей — доспехами и оружием. Вот и хотят они на чужом горе обогатиться.
— Так посади их в темницу, княже, вот и весь разговор.
— Да я бы и посадил, но не могу этого сделать без повода, иначе мои собственные люди обвинят меня в несправедливости.
— А ты, княже, не бойся показать им, что ты здесь власть, но поступай действительно справедливо. Это они тебя, а не ты их должен бояться. А ежели они обозлятся на тебя и начнут чинить препятствия твоим приказам — вот тебе и будет повод их наказать. Ну а пока могу прислать тебе одного верного человека, которого я когда-то от петли спас — он поможет тебе найти улики против строптивых бояр.
— Добро, отче! После беседы с тобой мне как-то спокойнее на душе стало. Ну а что касается привезенных вами книг, берите их, переводите, изучайте теорию. А я прикажу в ближайшем времени вам в Суроже или Херсонесе нанять хорошего лекаря, который и обучит твоих монахов практике.
— Аминь! — закончил беседу отец Никон.
Они вместе с Матвеевым низко поклонились князю, и пошли обратно в монастырь.
— Ну что, как тебе наш князь? — по пути спросил отец Никон.
— По глазам и словам видно, что человек хороший, но, на мой взгляд, ему немного не хватает уверенности в себе, — ответил Матвеев.
— Опыта у него маловато, но все задатки к тому, чтобы он стал хорошим правителем, у него есть. Так что моя основная задача — помогать ему советами, чтобы не сбился Глеб Святославич с пути истинного и послужил славно Богу и тмутараканскому народу. А ради этой цели я готов и побороться со всякими мздоимцами и стяжателями. Ну а ты пока не забивай себе голову всем этим, а готовься — сейчас мы с тобой пойдем на вечернюю службу, а завтра после литургии начнется первый день наших занятий.
Глава XVI
Студенчество-2.0
Gaudeamus igitur
Juvenes dum sumus
Как и обещал отец Никон, для Сергея Матвеева следующий день стал началом новой жизни. Или можно сказать, что продолжилась его студенческая жизнь, только в совершенно другом, непривычном ему формате. И в этом была некая доля иронии судьбы. Ведь, заканчивая свой любимый Донецкий медицинский университет, незадолго до того злополучного пикника Сергей грустил об окончании своего студенчества и думал о том, как хорошо было бы, если б он еще хоть немного побыл студентом. Теперь и эта его мечта сбывалась. И как уже было не впервой для этого мира — самым непостижимым способом.