Когда все наряды на день закончены (это около 16–17 часов), идем на рыбалку или спим. Черниговский Д., как Дед Мороз, продолжает нас снабжать всем, от еды до удочек.
Рядом с нашей частью элитный ресторан с шикарной мраморной лестницей — невест там видели, но клев никудышний, а РПГ или гранат нам не дают. Я топаю туда со спальником, и каждый по дороге считает своим долгом спросить: «Кому ты там уже стрелку на ночь забил. Квазимодо?» Нет, чтобы с элегантным Жоффреем де Пейраком сравнить, спешащим спасать Анжелику из лап деснянских пиратов…
Местные ловят плотвичек; мы — мутантов, уже не раз тех головастиков-переростков доставали да и пару улиток… Вчера один из днепровских зажарил и съел одного монстра — пока жив.
Завтра напишу о неравной борьбе с седалищным нервом и выложу фото смеющейся белочки. Сейчас — фото Дракона, вертлявого месячного щенка.
Еще о режиме. После ужина обычно пьянка, мордобой и оргия (иногда, ради разнообразия, пожар), с вызовом ВСП, милиции и барабашек. Специально для Лайф-Ньюс: днепропетровские чудовища в сухпайке получили снегирей, жуют их прямо с перьями, запивают из трехлитровых банок кровью (все знают, чьей).
Продолжаю стебаться над прибывшими из днепропетровского полигона «жидо-бандеровцами» в стиле российских новостей про негорящие в машине визитки Яроша.
Перед сном каждый делает татушку-свастику на лбу соседа и проверяет, не отклеились ли визитки Правого Сектора во время последнего похода в туалет — они ими увешаны, как термической броней, и даже прямой выстрел из РПГ в пах вызовет лишь снисходительную улыбку.
За это короткое время здесь днепровские уже составили списки всех черниговчан, которые на возглас «Слава Бандері,а Беня — жидопророк його!» произнесли что-то отличное от «Воістину слава!» и теперь свозят их к нам в подвал, откуда всю ночь слышно душераздирающее чавканье. Мы, конечно, тоже их боимся, но их же больше, и они синие, даже сине-желтые, настоящие жидобандеровцы — уважаемый ВВП Хуйло, спаси нас!
Потерял хронологию — исправляюсь.
3-го мая, уже настоящий солдат — лысый и страшный, — решил пойти попугать мирных сограждан (колено особо не беспокоило). Утром не получилось: сначала был дождь, потом днепровцы фотографировались, я их обрезал (обрезание прошло успешно: ребе, так достаточно?). Некоторым буратинам делал отпиливание (морды задубевшие, покореженные от алкоголя), но на фотошоп с рожками и щупальцами а-ля Деви Джонс времени не хватило.
Договаривался пойти гулять хотя бы с соседом А., но он тоже убежал в панике, когда я предложил рассказать всем желающим историю Чернигова, его храмов, князей, монастырей и прочая. А жаль, одна биография Олега Гориславовича, родоначальника династии Ольговичей, чего стоит — настоящий авантюрист ХI-го века. Пришлось ехать самому — со следующего дня решил лечить нервы, а десятка вроде как не собиралась смотреть центр вовсе (чему я очень громко возмущался, но безуспешно).
В троллейбусе, как обычно, выбрал старичка поболтливее и узнал все последние новости. Далее — его мнение: заводы работают только пищепрома, советские гиганты еле живы, народ ездит работать на ЧАЭС, богатеи строят себе элитные поселки с заборами и охраной в центре города, магазинчики открываются на полгода и закрываются, в центре красиво.
Что в центре красиво, увидел сам — за последние пару лет стало лучше: фонтаны, фасады, брусчатка, переход с подземным торговым центром. Увидел 2 двухэтажных автобуса туристов из Киева, и в детинце, на валах, туристов были сотни. На центральном бульваре снесены почти все памятники советским героям (кроме двух — логика неясна). Все цветет, обнявшиеся люди, дети шалят, высокий пешеходный мост над Десной раскрашен жовто-блакитно, на фоне неба смотрится волшебно: в казарме как-то отдаляешься от нормальной жизни, так что это погружение в красоту по-черниговски запомню надолго.
Забегая вперед: наша десятка без меня таки съездила туда, а потом еще на Болдины горы, и везде им музеи были бесплатно.
Пешком прошелся до Красного мостика (от него к нам удобно ехать) — и тут лысый зека-громозека решил со мной пообщаться. 40–45,180–185, 90–95, бритый, в татухах и шрамах, с перебитым носом, в футболке байк-клуба, с кошмарным перегаром… Никого рядом, хромота изрядно уверенности отбирает. «Воевал? По глазам вижу, что воевал! Дебальцево? Разведка?» Попытки ответить тщетны, «я морпех. Сидел. Бомбил. Но здесь нет. в Киеве да. Жену ебнул. Неделю пил. Но надо еще» — и т. д., и т. п. Надеялся, что пьяные бредни в Десне только были, но они догоняют… Отбился с трудом, переболтал-таки, но громозека обещал приехать в гости.