Он замер, давая мне привыкнуть, его лоб прижался к моему. Мы дышали в унисон – тяжело, прерывисто. Потом он начал двигаться. И тут мои стоны стали его дирижером. Каждый мой протяжный, сдавленный стон, каждый слетавший с губ его имя заставляли его толчки становиться глубже, сильнее, стремительнее. «Ааа, Тэ, да!» – Я вцепилась ему в спину, чувствуя, как мышцы под моими пальцами играют в такт его мощным движениям.
– Как же сладко звучит мое имя на твоих губах… – прохрипел он, и его ритм стал неистовым. Он погружался в меня с такой силой, что я теряла дар речи. Воздух вырывался из легких короткими, хриплыми всхлипами. Я могла только жадно ловить ртом воздух, пока мир вокруг сужался до точки соединения наших тел, до его лица над моим, искаженного наслаждением. Его губы снова нашли мою грудь, покусывая, засасывая сосок, пока волны экстаза смывали последние остатки контроля.
Я почувствовала, как его тело содрогнулось всем напряжением. Низкий, животный рык, больше похожий на стон агонии, вырвался из его груди. Он вогнал себя в меня в последний раз, глубоко, до дрожи, и резко выскользнул. Горячие, пульсирующие капли эссенции обожгли мой низ живота. Он рухнул на меня, тяжелый, мокрый от пота, его дыхание было как у загнанного зверя у моего уха.
Через какое-то время, когда дрожь немного утихла, он поднялся. Без слов, с нежной силой он подхватил меня на руки – я была как тряпичная кукла, все мышцы расслаблены до предела. Он отнес меня в ванную. Теплая вода душа омыла нас, смывая следы страсти и пота. Его руки были удивительно нежны: он намылил мою кожу, смыл пену, вытер большим мягким полотенцем, как будто я была хрупким фарфором. Никаких слов, только тихие касания и его спокойное дыхание. Потом снова руки под коленями и спиной – и я снова оказалась в прохладе постели.
Я не помнила, как закрыла глаза. Сознание уплывало, как корабль в тумане. Последнее, что я ощутила, прежде чем погрузиться в пучину сна – это его рука, тяжелая и уверенная, обвивающая мою талию, и его тело, теплое и надежное, прижатое к моей спине. Защита. Покой. Глубочайшее чувство принадлежности.
15. Новые обстоятельства.
Следующие несколько дней я провела в доме Тэ, все время была с мамой и братом парня. С самим парнем мы виделись редко, он уезжал рано утром вместе с отцом в офис, а возвращался, когда я уже спала. Последний свой день в Пусане я проводила на работе, была организованна встреча авторов, которые живут в этом городе. Но с самого утра не могла настроиться на рабочий лад, я чувствовала себя, как разбитое корыто. Похоже, все-таки стресс, пережитый за это время, давал о себе знать, кружилась и болела голова. Я не могла дождаться, когда встреча подойдет к концу, и я смогу спокойно отправиться домой. Приехав домой, я уснула, только коснувшись подушки. Проснулась я, когда за окном уже было темно, из-за этого состояния потеряла счет времени, но хотелось кушать. Посмотрев в телефон, удивилась, время доходило 2 часа ночи, но парня все еще не было в комнате. Поняв, что кухарка давно спит, я решила спуститься и самой сообразить себе покушать. Подходя к столовой, услышала разговор Тэ и мистера Кима.
– Ты ей рассказал?
– Нет. Я не знаю как, она слишком ранимая, даже боюсь представить, что будет, когда она узнает.
– Тебе нужно самому все ей рассказать, иначе все будет только хуже. Представляешь, что это женщина может наговорить Вики? Заключение врача уже пришло?
– Нет еще. Завтра только заберу. Ты прав. Завтра, когда у меня будут доказательства того, что это не моя вина, я все расскажу ей. Я не знала, как мне воспринимать услышанную информацию, что сделал Тэ? И какая такая женщина может мне, что-то рассказать? Я не заметно прошмыгнула обратно в комнату, села на кровать и решила обдумать все, что услышала. Но не успела, в комнату зашел Тэ.
– Принцесса, ты почему не спишь? Давно встала?
– Нет, только проснулась, кушать захотела. А ты где был? Опять так поздно вернулся, мы с тобой даже пообщаться не можем в последние время, я соскучилась – я подошла и обняла парня, но он убрал мои руки.
– Принцесса, я устал. В офисе слишком много работы, я как наследник, должен помогать отцу.
Я не поняла, как трактовать такое поведение парня.
– Ладно. Ты же помнишь, что я завтра уезжаю?
– Да. Прости, не получится тебя отвести в Сеул, у меня завтра дел очень много.
– Ничего страшного. Меня Юнги отвезет. А ты когда приедешь?
– Пока что не знаю, но постараюсь решить здесь все как можно быстрее. Я договорился с Юнги, что если задержусь здесь, то он поможет тебе переехать ко мне.