Тэхён относился к пункту договора о врачах с почти военной пунктуальностью. Он сам договорился о приеме у легендарного доктора Чо, лично сопровождал Вики в клинику, его лицо было сосредоточенным и бледным.
В полутемном кабинете УЗИ царила тишина, нарушаемая лишь тихим гулом аппарата и мягким шорохом движений доктора. Вики лежала на кушетке, обнажив живот, покрытый холодным гелем. Тэхён сидел рядом на стуле, его поза была неестественно прямой, пальцы впились в колени. Когда на экране монитора появилось размытое, серое изображение, а затем – крошечное, стремительно пульсирующее пятнышко, доктор улыбнулся:
"Вот ваш малыш. Посмотрите, как активно! Сердцебиение прекрасное, сильное!"
Вики не смогла сдержаться. Горячие слезы покатились по ее вискам, смешиваясь с гелем на коже. Она инстинктивно потянулась в сторону Тэхёна, ища опоры. Его рука схватила ее с такой силой, что кости хрустнули, но она не отдернула пальцы. Он не отрывал взгляда от экрана, его глаза были широко раскрыты, влажные, полные немого изумления и трепета.
"Это… это он?" – прошептал Тэхён, его голос сорвался, став хриплым. – "Наш… ребенок?"
"Да, Тэ," – кивнула Вики, улыбаясь сквозь слезы, сжимая его руку в ответ. – "Наш."
Он не глядя поднес ее руку к своим губам. Его поцелуй на костяшках ее пальцев был долгим, дрожащим, горячим. В этот миг не существовало договора, не было призрака Лисы, не было боли прошлого. Были только они двое и это маленькое, невероятное чудо на экране – их плоть и кровь, их будущее, связавшее их невидимой, но прочнейшей нитью. Дорогой назад они не говорили. Молчание было другим – насыщенным, густым, переполненным чувствами, для которых пока не находилось слов. Он не отпускал ее руку всю дорогу. Его тепло было якорем в море нахлынувших эмоций.
Проводив ее до двери ее комнаты, он задержался. "Спасибо," – сказал он тихо, глядя куда-то мимо ее плеча. – "Что позволила мне… увидеть его." Он говорил о ребенке.
Вики кивнула, чувствуя, как стена между ними дала еще одну, почти незаметную трещину.
"Ты… хочешь зайти? Выпить чаю?" – предложила она неожиданно для самой себя, сердце бешено колотясь.
Он замер, будто не веря своим ушам. Потом медленно, осторожно, как боясь спугнуть мгновение, кивнул. "Да. Спасибо."
Это был первый, робкий шаг за пределы очерченных договором границ. Шаг в неизвестность.
Покой длился недолго. Однажды, когда Вики отдыхала в тенистой беседке сада, наслаждаясь редкими минутами тишины, к ней подошел слуга, почтительно склонив голову:
"Мисс Чон, к вам посетитель. Мистер Чон Чонгук. Говорит, что вы ждете."
Удивление сменилось настороженностью. Она не назначала встречи. Тэхён был в офисе.
Чонгук, появившись на каменной дорожке, выглядел не так, как обычно. Его уверенность куда-то испарилась. Он казался нервным, осунувшимся, но в его глазах горела решимость.
"Мисс Чон… Вики," – он остановился в шаге, не решаясь подойти ближе, опустив взгляд. – "Я пришел извиниться. Лично. За все." Его голос звучал глухо, с надрывом. "За то, что молчал, когда Лиса очерняла вас. За то, что не остановил ее раньше. За то… что не смог удержать вас тогда на мосту. За то, что моя кровь… стала частью вашего кошмара." Он стоял, сжав кулаки, как преступник, ожидающий приговора.
Вики молчала, изучая его. Искренность его муки казалась настоящей. Но что-то не давало покоя. Старый вопрос, как заноза.
"Почему ты спас меня, Чонгук?" – спросила она прямо, ее голос был спокоен, но холоден. – "Ты же был… на стороне Лисы? Или нет?"
Его лицо исказилось от боли и гнева, направленного, казалось, на самого себя. "Я *никогда* не был на ее *стороне*! Я…" – он резко выдохнул, с трудом подбирая слова. – "Я был слепым идиотом, Вики. Я думал, она просто ревнует, что Тэхён-хён уделяет ей меньше внимания из-за тебя. Я не верил, что она способна на… на *такое*. А когда увидел своими глазами, как она толкает тебя…" – он сглотнул, его глаза стали стеклянными. – "Я понял, что был хуже соучастника. Я должен был остановить ее *раньше*."
Вики почувствовала, что он говорит правду. Но не всю. Какая-то тень скрывалась за его словами.
"Чонгук," – она сделала шаг вперед, заставляя его поднять взгляд. – "Зачем ты вообще пришел тогда на мост? Как ты *узнал*? Что ты подозревал?"
Он замолчал, покусывая губу, будто боролся сам с собой. "Я… Я следил за ней," – признался он наконец, тихо, с трудом. – "У меня были подозрения. Я боялся… что она что-то задумала против тебя. Но я опоздал…" – он не договорил, отвернувшись.
"Что именно ты боялся, что она задумает?" – настаивала Вики, ее голос стал тверже. – "И почему ты не предупредил Тэхёна? Или меня? Если ты подозревал неладное?"
Чонгук сжал кулаки так, что пальцы побелели. Его лицо исказила гримаса стыда и гнева. "Я не *мог*! Она…" – он задохнулся. – "У нее были рычаги. Компромат. На меня. Грязный, мерзкий компромат." Он выглядел униженным до глубины души. "Но после того, как она попыталась убить тебя… Я понял, что должен говорить. Должен. Даже если это разрушит меня. Даже если Тэхён-хян никогда не простит. Спасение тебя…" – он посмотрел ей прямо в глаза, и в его взгляде была какая-то отчаянная чистота, – "это было не геройство. Это было… искупление."
Его слова повисли в воздухе, оставляя больше вопросов, чем ответов. Что за компромат? Какую цену он заплатил *до*? И что случилось *после*? Вики отпустила его, чувствуя, как тревога, как холодный змей, заползает в сердце. Его искренность не сняла подозрений, а лишь углубила пропасть непонимания.