Увлекшись созерцанием контрастной графитово-алой раскраски, подчеркивающей витиеватые изгибы люксового гидроцикла – это я выяснила из таблички, – я не заметила, как Дэн подошел и встал сзади.
– Думаешь купить? – спрашивает насмешливо, и я в испуге подскакиваю и шарахаюсь от него.
Он ловит меня за локоть, и лишь это не позволяет мне неуклюже распластаться между этими люксовыми образцами, чтоб их…
Я тихо благодарю его за помощь и, высвободив руку, суетливо поправляю одежду и волосы. Чтобы скрыть яркий румянец смущения, отворачиваюсь и говорю равнодушно:
– Мне это не по карману.
– Жаль. На проценты сводил бы тебя в ресторан.
– А не на проценты не можешь? – я злюсь на себя и свою неуклюжесть, и поэтому обретаю такую необходимую мне в общении с Дэном наглость.
Мне всегда это помогает – нужно только разозлиться, и я перестаю быть стеснительной девочкой, превращаясь в бойкую стерву. Эта я как рыцырь без страхов и упреков – ничего и никого не боюсь и могу постоять за себя. И словарный запас резко обогащается, и в поведении появляется некоторая развязность. Этакая Кира-супергероиня. Жаль, злиться по щелчку пальцев я не умею. Стольких проблем по жизни бы избежала.
Он оценивает мой тон и, убирая руки в карманы джинсов, отвечает мне в том же ключе:
– Могу и не на проценты, если заслужишь.
– Не обольщайся, что я особенно буду стараться. Ресторан я себе и сама могу позволить.
– А ради чего постаралась бы? – голос тихий, а глаза мерцают опасным блеском.
И непонятно от чего – то ли такая перемена во мне ему не нравится, то ли ждет, что мой ответ на его вопрос совпадет с тем, что хочет услышать он. Точно нет, но от ответа я благоразумно уклоняюсь – даже в образе супергероини предпочитаю не нарываться. И, неопределенно поведя плечом, отворачиваюсь и шагаю к небольшому дивану для посетителей. Он находится на отдалении от его рабочего места, и я надеюсь на небольшую передышку.
Но зря – Дэн неторопливо подходит и садится рядом. Совсем рядом, бедром к бедру, которое тут же начинает пощипывать, и закидывает руку за мою голову, почти обнимая меня. И тут я понимаю, что нахожусь здесь уже минут двадцать, но до сих пор не видела и не слышала никого из сотрудников салона.
– Ты здесь один?
– А тебе нужен кто-то еще? – мурлычет он в мое ухо. – Одного меня недостаточно?
Я отклоняюсь в сторону – его дыхание щекочет мне ухо. Это и приятно, и одновременно раздражающе.
– Обычно в офисах полно людей.
– Это не обычный офис, – он склоняется все ближе.
– В салонах тоже не бывает безлюдно.
– В этом посетители редкость, – усмехается он, но мой настойчивый допрос делает свое дело – перестав наваливаться на меня и водить пальцами по волосам и контуру лица, он выпрямляется. – Тем более в будни. Видишь же, техника специфическая, такую не каждый день покупают.
– И не все, – поддерживаю я разговор.
– Ладно, – встает он на ноги и протягивает мне руку, – пойдем посмотрим, что ты там мне принесла в том пахучем пакете.
– Бургер.
– Ты такая заботливая, – вновь заключая меня в объятия и приподнимая, он улыбается и трется носом об мой. Так по-детски, но и так интимно, что по моему телу прокатывается волна мелкой дрожи. – Смотри, я могу и влюбиться.
– А я, может, этого и добиваюсь, – отвечаю внезапно охрипшим голосом и смущенно покашливаю.
Он тихо смеется и ставит меня на глянцевый плиточный пол.
– Сейчас заценим твой бургер, – обещает он и шагает к своему столу.
Я сажусь обратно на диван и, чуть повысив голос, задаю вопрос, который мучил меня все дни, начиная с нашей последней встречи.
– Чем ты занимался в воскресенье? Почему не звонил?
Спросив, тут же жалею, что не сдержалась, выставилась приставучей дурой.
– Ты тоже не звонила, – отвечает он после паузы, во время которой лениво жует.
– Но не я собираюсь влюбиться.
Он смотрит на меня со своего места и усмехается. В его взгляде я читаю одобрение – он оценил мою перепасовку.
– Вот чтобы слишком быстро не влюбиться, и не звонил.
Теперь его взгляд снова сосредоточен на бургере и я не могу видеть, он это серьезно сказал или отшутился, как и я предыдущей фразой.
В то, что Дэн не появлялся эти дни, потому что боялся влюбиться, я, разумеется, поверить не могла. И уж точно он не стеснялся и не боялся показаться навязчивым. Однако не писал – почему?
Я знаю, почему не писала я – как раз из-за всего вышеперечисленного. А еще не хотела давать ему повод считать, что думаю о нем или он нравится мне больше, чем это было на самом деле. Ну или больше, чем я бы хотела, чтобы он думал. Но я сомневаюсь, что Дэн заморачивается такой фигней, тем более в отношении меня – после двух-то дней знакомства! В его случае наверняка все просто и ситцево – не хотел и не писал. А захотел – написал. И никакой подоплеки.