– И кто такой Дэн?
– Парень, с которым я познакомилась в клубе, – нехотя отвечаю.
– С которым тебя познакомила эта ваша Вика?
Вичку моя подруга детства терпеть не может. Мы еще жили рядом, когда Свяжина перевелась в нашу школу, и виделись каждый день, поэтому Юлька была в курсе всего, что со мной происходило. А в школе со мной происходила почти одна Вика. В том смысле, что ее было так много – разговоров о ней, ее рассказов, ее советов, – что она невольно фигурировала во всех моих историях о школе. Да Юлька и без меня была о ней наслышана: школа-то одна, а Вика – личность известная.
Ироничная усмешка сама собой появляется на моих губах.
– Вообще-то Вика познакомила меня с Никитой, он тогда был ее парнем. А Дэн познакомился со мной сам, без помощи Вики. В обольщении неопытных дур вроде меня ему ничья помощь не нужна. Он сам запросто готовь помочь ближнему, – при воспоминании о ситуации с Михаилом в моем голосе сквозит горечь.
– И кому он помог? – спрашивает подозрительно, по моему тону безошибочно поняв, что эта фраза с подтекстом.
– Своему другу Мише, которому дал мой телефон, и тот пригласил меня на свидание, на котором откровенно подбивал клинья, советуя встречаться с ним, а не с Дэном.
– Всё чудесатее и чудесатее…
Хоть мы и общаемся с Юлькой регулярно, созваниваясь через день-два, о Дэне я ей не рассказывала ничего, кроме факта знакомства. И то без подробностей и не называя имен. Рассказывать-то особо было нечего – практически с первого же свидания в наших отношениях была какая-то непонятность и недосказанность, что и не позволило мне обсуждать их с подругой. Не по телефону.
– Давай штрихпунктирно, что там за Дэн и почему ты не отвечаешь на его звонки.
Я рассказываю вкратце нашу историю, Юлька ни разу меня не перебивает и слушает с непроницаемым лицом. Не забывая при этом поглощать шаурму, разумеется. Мой же шоколад безнадежно остыл, и я заказываю ему на замену некрепкий кофе.
– Отвечать сейчас на его звонок считаю предательством по отношению к Никите.
– Это еще почему? – вскидывается Шефер с полным непониманием во взгляде оливковых глаз.
– Ему это точно не понравится, у нас как-то был разговор на эту тему. Дэн тогда тоже объявился, хотел встретиться, но я в итоге отказалась.
– И поэтому до сих пор вздрагиваешь от его звонков? – саркастически фыркает Юлька. – Кира, если бы тебе было все равно, ты бы не таращилась на экран с таким лицом, будто все умерли. Я считаю, что по отношению к Никите куда более нечестно продолжать носить в себе этот незавершенный гештальт. Если у тебя к этому Дэну остались вопросы или даже чувства, лучше разобраться с ними сейчас. Чтобы потом не жалеть.
– Я ни о чем не жалею! – резко возражаю я.
– Но можешь пожалеть потом. Просто поговори с ним. Не переспи, заметь, а поговори.
Я в ответ гримасничаю, но возразить не успеваю – меня опережает новый звонок от Дэна.
– Отвечай! – командует подружка, подталкивая "Самсунг" ближе ко мне.
Сцепив зубы, я упрямо мотаю головой.
– Ну! Или я сама отвечу.
Я хватаю телефон, предотвращая ее поползновения, и, чуть помедлив, все же снимаю трубку – точно знаю, что Юлька не отстанет.
– Да. Привет.
– О, ты, наконец, мне ответила. Я уже собирался сбросить вызов, – он, по обыкновению, язвит, и я моментально начинаю жалеть, что повелась на угрозы подруги.
Мне действительно не о чем с ним говорить. А главное – я не хочу.
– Ты можешь сделать это прямо сейчас. Впрочем, я и сама мо…
– Подожди! Кира… – голос звучит умоляюще, и я возвращаю телефон к уху, хотя уже собиралась нажать на кнопку сброса.
Просящих интонаций от него я еще не слышала, и, безусловно, заинтригована. Но спрашиваю подчеркнуто неохотно, даже недовольно:
– Ну что еще, Дэн?
– Ты можешь со мной встретиться? Пожалуйста.
Пожалуйста?! В словаре Дэна есть это слово? Моему удивлению нет предела.
Юлька сидит близко и слышит все, что он говорит. И глазами и жестами показывает мне, что нужно соглашаться. Я отвечаю ей выразительным взглядом, намекая заткнуться, и спрашиваю в трубку:
– Зачем?
– Хочу тебя увидеть.
– А я не хочу…
– Пожалуйста, Кира. У меня в жизни сейчас такая жопа. Мне очень нужен друг. Ты же мне друг?
Я надолго замолкаю. Вопрос ставит меня в тупик. Никогда не позиционировала себя другом Дэна, да и он на мою дружбу точно не претендовал. По крайней мере, до сегодняшнего дня. Но сейчас я слышу, что он не прикалывается, не кривляется и не лжет. Ему действительно плохо, и плохо очень, раз он позвонил мне через полтора месяца с момента нашего последнего общения.