— Ориза, осторожнее!! — закричал Араун, когда нечто со свистом и невероятной скоростью пронеслось над ее головой. За этим 'нечто' последовало еще точно такое же.
Свист, свист, свист… а следом между ними и колесом метнулась быстрая тень. Тень на миг запрыгнула на колесо, а затем так же быстро прыгнула с него. Хотя, похоже, что ее отбросило оттуда разрядом огромной силы. Ни один человек или демон не выжил бы после такого. Но приземлившись, тень сжимала в объятиях хрупкую фигурку в белом. Они покатились по цветам и замерли в нескольких метрах от колеса. Ориза не сразу поняла, что произошло. Нечто невероятное, и одновременно ужасное. Но Араун действовал быстрее:
— Посторонние на площадке, и они украли Сердце Хаоса!
'Посторонние?' 'Украли?'
Слова профессора звучали в ее голове, накладываясь на предостережения 'Тенио'. Если что–то пойдет не так… Если что–то… синий камень. Палец Оризы замер над ним. Нет, она не могла.
— Ты, не двигайся! — Араун бросился к фигуре, стоящей у лестницы, но в этот миг она исчезла. Пластина управления же была вырвана из ее пальцев. — Аах! — она покачнулась, теряя равновесие.
— Ориза! — Араун ринулся к ней, подхватив.
— Араун, пластина у него он… — она говорила сбивчиво, все смешалось перед ее глазами. Оиза не могла заставить себя перевести взгляд к колесу, В его свете теперь появилось что–то угрожающее, он стал неровным и начал мерцать, словно в такт биению невидимого сердца. В такт ему начала пульсировать вся гирлянда.
— Это перегрузка, немедленно нужно остановить систему!!! — прокричал Араун. — Ориза, ты слышишь меня?!
— Я… — она приложила ладонь к голове, которая просто раскалывалась, и сняла маску.
— Они там! — оставив ее, Араун метнулся к Демону Цветов. Его фигурка лежала на коленях девушки. Светловолосая, невероятно красивая девушка в одежде причудливой расцветки. Но Ориза была уверена, что та не принадлежала к их народу. Однако путь Арауну преградил другой человек. Его фигура и лицо остались в тени, он стоял как раз на ее границе.
— Тихо–тихо, — он покачал пальцем и поднял в руке пластину. — Не стоит этого делать, иначе я могу просто сделать так: 'Структура… рассеять…' — произнес он, все еще оставаясь в тени. Словно в ответ на его слова земля под ногами Оризы вздыбилась, лепестки цветов полетели в разные стороны, а затем превратились в пыль, тающую в пропасти. Сквозь провал в земле Ориза могла видеть уходящие вниз один за другим ярусы гирлянды корня. Невероятно! Он попросту уничтожил структуру этого поля, Не разрушил, а заставил исчезнуть саму его суть. И он пользовался силой Хаоса. Единственная, кто обладала похожей силой, была…
В этот миг мерцающий свет от колеса достиг фигуры, и Ориза вскрикнула.
— Сестра! — в первый миг ей показалось, что перед ней действительно ее давно пропавшая сестра, но это был мужчина. Хотя не удивительно, что она вначале ошиблась. Черные шелковистые волосы, спускавшиеся на грудь с левой стороны, были собраны в низкий хвост. Связывала их ленточка. А эта ленточка… Ориза отступила на шаг. Она была ей знакома. Синяя ленточка, редкого оттенка, шелковая и тонкая, И глаза этого человека с тонкими чертами лица — они словно копия глаз ее сестры.
— А, значит вы все же помните ее, ведь она принадлежала… — пальцы мужчины скользнули по ленточке. — Вашей сестре, тетя Ориза.
Часть 2
Гвен вложила свои веера за спину и вгляделась в лицо того, кто покоился на ее коленях. В первое мгновение она даже подумала, что это Кальвин. Темные волосы, длиной доходящие до плеч, та же фигура, только намного более хрупкая. Те же черты лица, почти абсолютное сходство, невероятное. Только у того, кто лежал без сознания у нее на коленях, на обоих руках, оголенных до плеч, кожа была покрыта цветочными лепестками, точно вросшими в нее. Словно это были шрамы или какая–то болезнь. Осторожно девушка попыталась стряхнуть их, Но в этот миг он открыл глаза. Вначале в них отражалась лишь пустота и непонимание. А затем появилась боль, невероятная тоска и одиночество. С криком он оттолкнул ее руку.
— Ты кто? Не приближайся ко мне. Это опасно! — закричал он.
— Я не могла не спасти тебя. Ведь ты так похож на моего глупого слугу.
— Твоего слугу? Неважно… — его глаза забегали вокруг, а затем он обхватил свои плечи, сжав их с такой силой, что 'чешуйки' вдавились в кожу.