— Да, нет, пустяки. — Канцлер выпрямился и опять сел в кресло.
— Я к чему это сделал? Ведь наука не может объяснить, как воля индивидуума может управлять материей?
— Ну, почему же, у нас на Недине в свое время многие увлекались исследованиями подобных явлений.
— И как успехи?
— Скромные. — Канцлер улыбнулся. — Согласен, то, что вы сделали до настоящего времени загадка. А зачем это вам?
— Ну, во-первых, это очень тешит самолюбие. — Проквуст широко улыбнулся. — Во-вторых, я этим кубиком проверяю уровень магии. Вы уж примите этот термин, у меня просто нет другого. Так вот, рядом с Землей он больше, чем вдали от нее.
— А если дело просто в росте ваших способностей в ходе тренировок?
— Нет, Пол, чтобы исключить необъективность, я стараюсь дозировать усилия, держать их все время примерно равными. Возле Земли кубик летает гораздо легче, чем в открытом космосе.
— И что?
— А то, что магия, по моему убеждению, нейтральна. В добрые или злые дела ее превращают те, кто ее впитывает, у кого есть подобный дар.
— Понятно, значит, знающие, это те, кто за добро?
— Совершенно верно, канцлер. Я искренне надеюсь, что на Земле такие, также как когда-то и на Ирии, найдутся.
Проквуст встал и потянулся.
— У меня по инспекции вопросов больше нет. А у вас?
— Нет, я пас. — Коринни устало махнул рукой.
— Я тоже. — Кивнул канцлер.
— Тогда давайте обсудим мой насущный вопрос. Пол, вы должны помочь мне скрытно попасть на Землю.
— Да, нет проблем. Мы подберем для вас подходящую одежду и переправим в ту точку, которую укажете.
— У меня нет конкретной точки.
— Ну, тогда мы можем вам подобрать подходящую страну.
— Нет, это тоже не годится.
— Почему?, — Чуть ли не в унисон спросили Коринни и Гариль.
— Потому что я на Земле, так же как и вы, должен решить свою больную проблему.
— Какую?
Георг молча улыбался, словно не расслышал вопроса.
— Пол, Гора не может нам рассказать всего, я уже его по-всякому расспрашивал.
— Вы правы, канцлер, рассказывать об этом не считаю возможным, но кое о чем предупредить должен. Не знаю, через какое время, может быть через год, а может быть, через десять к земле прибудут армады Темной Империи. Вы должны быть готовы к этому.
— Но зачем им Земля?
— Им не нужна Земля, им плевать на то, что это точка бифуркации, они будут искать меня. Поэтому прошу вас на время забыть обо мне, я сам дам знать о себе, когда для этого придет время.
— Но как?
— Пока не знаю, придумаю что-нибудь. Я должен не просто затеряться на этой планете, мне там нужно найти решение очень серьезной проблемы, поэтому точка высадки для меня должна быть случайной.
— Но это невозможно!
— Возможно, поэтому Пол, вы должны высадить меня к динозариям.
— Позвольте, Георг, но там вас найдут в два счета!
— Канцлер, благодарю за заботу, но я не собираюсь жить среди них, я должен отыскать переход в человеческое техмерье.
— Извините, Гора, но это настоящее безумие!
— Почему же, Пол?
— Динозарии враждебно относятся к нашим визитам, отмечались случаи нападения…
— Пустяки, разберемся на месте. Скажите, как они общаются между собой?
— Они сплошь телепаты, мы даже не знаем, способны ли они к речи.
— Отлично, это облегчает задачу. — Проквуст решительно встал и повернулся к канцлеру. — Спасибо, Люций, за содействие, мне пора.
Георг повернулся к Коринни.
— Пол, и вам спасибо. В вас произошли большие перемены, меня это очень радует. Обещаю вам, что если найду на Земле что-то интересное для хоравов, обязательно сообщу.
Часть третья.
ЗЕМЛЯ
Земля.
Проквуст провожал взглядом стремительно удаляющуюся точку дисколета. Все, теперь он остался один, погруженный на дно высоченного леса. Его спустили сюда странным способом: световым лучом, бережно обхватившим его со всех сторон. Такого лифта у хоравов раньше не было. Надо будет потом спросить, сами придумали или позаимствовали? Георг с сожалением оторвал глаза от клочка глубокой небесной выси среди крон деревьев и огляделся. Здесь внизу было влажно и душно. Под ногами мягко прогибался толстый ковер изо мха, а вокруг, насколько проникал взгляд мимо мощных стволов деревьев, светло-зеленой волной покачивались заросли папоротника. Проквуста удивила странная тишина, лишь порывы ветерка еле слышно скребли о бесчисленные листья. Судя по тому, что он узнал, готовясь к своей экспедиции, здесь обитают тысячи живых тварей, отчего же тогда посредине яркого дня такая тишина? Георг невольно тоже замер. Но вот, словно прослышав про его удивление, лес ожил. Сначала что-то одиноко дернулось, щелкнуло, недалеко в такт кто-то пискнул, и тут же, как по команде, его накрыло густой волной звуков.