— Дорого ошибочки в нашей службе стоят, ты же знаешь.
— Знаю и готов, так сказать, понести…
— Да, что там нести, толку от твоего «нести»! Работать надо лучше! Ты уверен, что ДОР на «Зайца» надо закрывать?
— А как иначе, товарищ генерал? Все версии разбиваются о его дурацкую память. Она словно невскрываемый сейф!
— Знаю, читал. Давай еще раз с тобой проанализируем, что у нас было.
— Сначала версии в пользу?
— В пользу.
— Итак, буквально ниоткуда появляется лицо без документов. Прекрасно владеет русским языком, но наши психологи утверждают, что речь не вполне естественна. Сильным аргументом «за» стала его одежда, все вещи сплошь заграничные, от трусов до носков, кстати говоря, в официальную торговую сеть эти образцы не поступали.
— Я помню, Петр Петрович, как ты потирал руки и говорил, что не каждому контрразведчику удается выйти на нелегала.
— Но, товарищ генерал…
— Ладно, ладно. Я и сам тогда загорелся, только ни я, ни ты не подумали, что для засылки нелегала такая одежда большой прокол.
— Может быть, они не рассчитывали, что Заяц так быстро в поле нашего зрения попадет? Одежда ведь внешне неприметная.
— Если они рассчитывали на это, то почему у него денег ни копейки? А гвоздь то они зачем ему в карман засунули?!
— Я думаю, в качестве некоего подобия оружия.
— Так лучше бы перочинный нож дали.
— Я и сам удивляюсь…
— Удивляешься? А раньше всех этих несуразиц не мог заметить?, — Генерал вздохнул и, вынув сигарету, закурил. — Ладно, Петрович, не переживай, все эти упреки на самом деле и мне нужно предъявить. Давай, рассуждай дальше.
— А что дальше? Психологическая устойчивость поразительная! Прошел самые изощренные тесты, ни одного прокола. Гипнозу не поддается.
— Как себя ведет? На содержание не жалуется?
— Спокоен, как слон.
— И не возмущается, прокурора не требует?
— Нет. Такое ощущение, что готов сидеть, пока нам не надоест.
— А чем занимается?
— Читает.
— Что?
— Только то, что мы ему разрешили: библию. Он ее уже до дыр зачитал.
— И что?
— А ничего. Я с ним пробовал на религиозные темы поговорить, отмалчивается. Я его спрашиваю, в бога веришь? А он: конечно. Я говорю: а в какого бога веришь, в Христа? А он: в единственного. И дальше молчок, ссылается на то, что ничего не помнит.
— Выходит, что он христианин?
— Ничего не выходит! Он у меня спрашивал, какие еще на Земле существуют религии, просил книги почитать.
— Ну?
— Я не дал, не хочу играть в его игры.
— Да-а, подарочек. При допросах отмалчивается?
— Нет, с готовностью отвечает на вопросы или ссылается на отсутствие памяти.
— Слушай, Петрович, может он новый тип внедрения нелегалов? Так сказать, легализация «в лоб».
— Сам так думал, Сергей Семенович, но уж очень сомнительно. Зачем супостату такая головная боль, если в нашем теперешнем бардаке по хорошим липовым документам можно жить в полном комфорте?
— Тоже верно. Ну, хорошо, а с гвоздем что? Я читал ваши справки, там одни намеки, говори прямо.
— Не наш это гвоздь, товарищ генерал.
— В каком смысле?
— В смысле, неземной.
— Вот как?
— Да. Состав гвоздя похож на обычную сталь, но технология и присутствие в нем редкоземельных металлов, а также строение микроструктуры говорят, что он сделан по внеземной технологии.
— Вот черт, только этого мне не хватало. Вы все его рассказы проверили?
— Да. Кое-что он наврал. Например, нам говорил, что очнулся у озера, а мы нашли рыбака, который его самогоном поил.
— Ну?
— Ну, тот рассказал, что спас его, когда рыбу ловил. Про надувной матрас вспомнил, который якобы от гвоздя прокололся и утонул. Мы все дно прочесали, нет там никакого матраса. И карманы в одежде целы, не мог гвоздь ничего снаружи проколоть. И еще одна загадка, Сергей Семенович, анализ показал на подошве кроссовок Зайца следы глубинного ила.
— Он что, по дну гулял?
— Получается, что так.
— А Заяц что объясняет?
— А ничего. Говорит, что не помнит, и все!
— Базу пропавших без вести проверяли?
— А как же, первым делом. Бес толку.
— А архивы? Ну, чего молчишь, полковник?!
— Проверяли, буквально недавно.
— Что значит недавно?!, — нахмурил брови генерал.
— Извините, товарищ генерал, мой недочет.
— Ладно, разбор полетов на потом оставим, говори: нашли?
— Да. Идентифицирован по фотографии с жителем Москвы гражданином Григорием Борисовичем Зайцевым.