Не о том он думает! Не сердечными делами нужно заниматься, а наследием тьмы, испятнавшим его душу. Он своим внутренним чутьем, выручавшим его не раз, ощущал, что времени у него остается все меньше. Регулярно покупая газеты и журналы, кричащие о внеземной угрозе или академически рассуждающие о всяких чудесах, он между строчек видел усиливающееся вмешательство космитов. Он не сомневался, что арианцы уже крутятся вокруг Земли, выслеживая его, вынюхивая среди миллиардов его особенную ауру. А среди людей, словно в его защиту вдруг расплодилось множество одаренных и он терялся среди них. Пока еще успешно, но надолго ли? Обратной стороной такого прикрытия стало необъяснимое для обыкновенного человека внимание со стороны всех этих экстрасенсов, колдунов и других «аномальщиков». Некоторые из них были удивительно чувствительны. Например, он уже давно стороной обходил цыганок, так как те, завидя его, слетались словно мухи, хватали его за руки, лепетали что-то о гадании, а сами беспомощно заглядывали в его глаза, ожидая не то чудес, не то приказов. Проквуст прятал глаза и бежал от них без оглядки, а они кричали вслед: молодой, красивый, у тебя черный лед внутри, иди с нами, согреем. А однажды он обслуживал пожилого старика, седого, с надменным взглядом и с невероятно красивой тростью в ухоженных руках. Пока Георг расставлял тарелки, взгляда не мог оторвать от ее замысловатого резного орнамента. Это не был просто узор, на трости, сплетаясь друг с другом, прятались знаки каббалы. Проквуст не сразу это понял, а когда поднял глаза, тут же наткнулся на пристальный взор посетителя.
— Что вас так заинтересовало в трости, молодой человек? Вы мне чуть салат на колени не опрокинули.
— Простите, засмотрелся, красиво.
— Хотите подержать?
Человек протянул в его сторону серебряный набалдашник, тоже весь в узорах и Георг машинально потянулся рукой к нему, но в туже секунду ощутил, как пальцы невыносимо закололо давно забытым ощущением черного кристалла. Он отдернул ладонь и собрался уходить.
— Куда это вы собрались?, — Остановил его старик.
— Как куда?! Работать.
— Вам не здесь надо работать, молодой человек!
— Простите, но я не понимаю вас. — Смешался Проквуст.
— Бросьте, — старик приблизил к нему свои горящие глаза, — все вы понимаете. Вы больше меня понимаете.
Он изящно, но крепко взял Георга за воротник и потянул на себя. Он явно хотел еще что-то сказать, но внезапно вздрогнул и непроизвольно оттолкнул от себя Проквуста. По морщинистому лицу старика заструился пот, а губы сжались в болезненную ниточку. Он откинулся на спинку стула и с изумлением уставился на Георга.
— Вы кто?, — Прошептал он хрипло, ослабляя узел на галстуке.
— Я официант.
— Да, конечно. — Голос старика звучал глухо. — Знаете, молодой человек, я не буду ужинать, мне что-то стало нехорошо.
Он встал и, бросив на стол крупную купюру, не оглядываясь, тяжелой походкой направился к выходу.
— Вам помочь?, — Крикнул вслед Проквуст, но старик только отрицательно помотал сединами.
Что это было? Вернее кем был этот старик, и что его так поразило в Георге? Проквуст часто думал об этом и пришел к выводу, что совсем плохо разбирается в людях. Среди них бурлило нечто, не затрагивающее его самого, как бы обозначая, что он всего лишь гость на этой планете.
Георг опять вздохнул. Ну, да бог с ними, с людьми, не для разгадок тайн человечества явился он на Землю, а по собственной нужде. Где-то здесь прячется эликсир его освобождения, но какой он, где его искать? Сплошные загадки. И помощи попросить не у кого, даже Друг больше не откликается.
Проквуст зевнул и закрыл глаза. Хоть бы Духа найти, уж он то помог бы. Верес, крикнул он в глубину сна, где ты, сколько можно тебя искать?! Но пространство под веками привычно молчало, клубясь цветными пятнами. Георг уже начал засыпать, когда вдруг на грани предела ощущений почувствовал какой-то далекий всплеск, волна от которого вкатилась в его сон. Это было несомненно послание, хотя смазанное, нечеткое. Неужели зацепил?! Сердце Проквуста бешено заколотилось.
— Верес! Отзовись! Я ищу тебя!
— Да, не ори ты, как оглашенный!, — Раздалось у него над самым ухом.
— Верес, покажись.
— Не могу, все и так вокруг прослушивается, тебя полвселенной разыскивает!
— А что же делать?
— Ты в какой стране?